Укради мое сердце

— Увидел у Оли в инсте, что она на выходные уехала домой, и решил: а почему бы мне не навестить свою девушку? Она ведь там, наверное, плавится от одиночества.

Рома хватает рукой мой затылок, зарываясь пальцами в волосах, и от этого прикосновения по позвоночнику пробегает дрожь.

— Как насчёт заценить мягкость твоей кровати? — хитро спрашивает он.

— Могу с уверенностью сказать, что твоя лучше. Или ты не веришь моему экспертному мнению? — Но в противовес своим словам делаю шаг назад и натыкаюсь на узкую деревянную кровать.

— Предпочитаю убедиться сам, чтобы исключить твоё предвзятое отношение к кроватям небольшого размера.

Как по мне, то мы городим полную чушь, но я так нервничаю из-за того, что может произойти этой ночью, что кажусь самой себе «Мисс Остроумие».

Рома толкает меня на пружинистый матрац и забирается следом. Проводит холодной рукой вдоль моей ноги, и только сейчас я вспоминаю, что нахожусь в одних трусиках и маечке.

— Холодно, — говорю едва слышно, замерев в его руках.

— Я могу согреть. — Его горячее дыхание щекочет шею, и, несмотря на мой страх, на то, как быстро бьется сердце в груди, я тянусь к молнии его мастерки, чтобы избавить Рому от лишней одежды.

Он в спешке стягивает футболку, а потом и мою маечку и накрывает губами мою грудь. Играет языком с моими сосками, а я вся дрожу.

Так далеко мы ещё ни разу не заходили.

Мне так страшно от того, что будет дальше, но тепло, которое медленно расползается по телу и собирается внизу живота, подначивает меня двигаться дальше.

Я горю и плавлюсь от его прикосновений и, кажется, согласна, чтобы это случилось. В конце концов, Рома ведь наверняка опытный любовник и не сделает мне больно. А ещё с ним мне хорошо. И приятно.

В перерывах между поцелуями он шепчет всякие приятности, а я стону от удовольствия. И вот на мне лишь тонкие кружевные трусики, а на нем боксеры. Я чувствую бедром его твёрдый член под тканью и то, как его пальцы поддевают резинку моих стрингов. Последняя преграда между нами.

Кажется, я не дышу. Никто еще не прикасался ко мне там. А еще я очень рада, что в комнате темно, иначе сгорела бы со стыда под пристальным взглядом Ромы.

Мое сердце грохочет так сильно, что вот-вот выскочит из груди. Я закрываю глаза, когда Рома медленно стягивает с меня трусики, и вздрагиваю, когда его пальцы накрывают мои губки.

— Скажешь, если я зайду слишком далеко, и я остановлюсь. Не бойся, — охрипшим голосом говорит он, будто чувствует мое настроение.

— Хорошо, продолжай. — Мне хочется свести ноги вместе, закрыться от него, но я пересиливаю себя. Ещё ничего не происходит. Он просто ласкает меня.

Рома подтягивается ко мне, одной рукой гладит меня между ног, играя с чувствительной точкой, а вторую запускает мне в волосы. Он снова целует меня, давая забыться в новых для меня ощущениях. Его пальцы блуждают по моим складочками в опасной близости от входа, и из моего рта вырывается очередной всхлип наслаждения. Я выгибаюсь под ним, обхватываю плечи руками, исследую накачанный торс и хочу чего-то большего. Намного большего.