Черный Рыцарь (ЛП)

— Ты уверена, что не передумаешь и не выйдешь за меня замуж? — Ронан считает на пальцах. — У меня титул, я богат, красив и мне плевать на войны. Я как Швейцария этого мира.

Тил усмехается и говорит насмешливым тоном:

— Должно быть, поэтому тебя называют Смертью.

Губы Коула приподнимаются в ухмылке.

— Что это было, ma belle — красавица? — Ронан невесело усмехается.

— Она зовет тебя Смертью. — Коул все еще опирается на свою руку, переводя взгляд с Тил на Ронана. — Может, тебе стоит это доказать.

— Да, докажи это, — впервые за сегодняшний вечер говорит Эйден, наконец-то отрывая голову от уха Эльзы.

— Мы можем придумать способы. — Коул предлагает.

— Или мы можем их сделать. — Эйден поднимает бровь.

— У меня может быть предложение.

— Или два.

— Мы можем начать прямо сейчас.

— Да, давайте сделаем эту ночь немного веселее. — ухмылка на лице Эйдена сияет чистым садизмом.

Коул, однако, остается невозмутимым. Даже не тронутым.

Самое поразительное, что во время этого разговора Эйден и Коул ни разу не посмотрели друг на друга и не обменялись взглядами. Они замышляли погром без какого-либо предварительного плана.

Поговорим о командной игре. Или, может, между этими двумя есть нечто большее.

— Я согласен. — голос Ксана доносится из-за моей спины с озорством.

— Что ты делаешь? — шепчу я.

— Заставляю Ронана заплатить, бросив его перед этими двумя. — он целует меня в мочку уха. — Смотри и учись, Грин.

Ронан показывает Ксандеру средний палец, который копирует его с огромной ухмылкой, будто он ждал этого всю свою жизнь.

— Быть Смертью это круто. — Нокс обнимает Ронана за плечо, мгновенно забывая об их разногласиях на уровне команды. — Все боятся тебя на поле.

— Спасибо тебе, Ван Дорен! — Ронан сжимает его в объятиях. — Я повышаю тебя до моего самого близкого друга и увольняю всех этих ублюдков.

— Я никогда не соглашался на это, — говорит Коул.

— Хочешь сказать, что был моим другом? — Эйден почесывает подбородок. — Я этого не помню.

Коул щелкает пальцами, будто вспоминает что-то важное.

— Но мы помним, что ты сделал на прошлой неделе, когда...

— Не заставляй меня умирать от твоих рук, капитан. — Ронан улыбается, но его обычная игривость и теплота исчезли.

— Хорошо. — Коул вздыхает. — Тогда давайте сыграем в игру.

— Я люблю игры, — поощряет Эйден.

— Я тоже, — вмешивается Ксандер, но его палец продолжает ласкать мою кожу под одеждой в чувственном ритме.

— Bah, merde — Дерьмо. — Ронан плюхается на диван напротив всех остальных и по диагонали от нас. — В какую игру?

— В что-нибудь простое, например... — Коул переводит взгляд на Тил, которая по-прежнему сосредоточена на своем телефоне. — В правду или действие.

— Давайте сделаем это более интересным, и оставим только действия, — предлагает Эйден.

Эльза закатывает глаза.

— Почему я не удивлена, что именно ты этого хочешь?

— Потому что я собираюсь победить и заставить тебя сделать это, милая.

— В твоих мечтах, Эйден.

— Мы на это посмотрим. — он смотрит на нее слишком долго.

Как будто он забывает, что все остальные здесь, так же, как и я, когда сосредотачиваюсь на тепле Ксана за моей спиной и его пальце, вырывающем крошечные всплески удовольствия внутри меня.

— Итак, на чем мы остановились? — Эйден обращается ко всем остальным. — Верно, действия. Давайте сделаем это.

— Тил любит действия. — Нокс потирает руки.

— Она любит, да? — Ронан искренне улыбается впервые с тех пор, как на него начали нападать.

— Ох. — глаза Коула загораются. — Это сюрприз.

Ложь. Он знал это с самого начала и теперь притворяется, что не планировал этого с Эйденом.

И Ксан помог.

— Да. Действия ее любимые. — Нокс падает рядом с ней. — Не так ли, Ти?

— Заткнись, Нокс, — шипит она на него, не отрывая взгляда от своего устройства.

— Почему? Чем больше, тем веселее, сестренка.

— Не интересно. — Тил рискует бросить взгляд на Эльзу, но Эйден уже вернулся к шепоту ей на ухо, так что с таким же успехом ее здесь могло и не быть.

— Давай же. Конечно, ты можешь попробовать? — спрашивает Коул убедительным, мягким тоном, который, я уверена, напоминает тон дьявола, заманивающий людей в грех.

— Боишься проиграть, ma belle — красавица? — Ронан подмигивает.

— Никогда.

Она слишком долго встречается с ним взглядом, затем вновь сосредотачивается на телефоне.

— Оставьте ее, — говорю я.

Я не буду просто сидеть, когда они загонят ее в угол.

Тил секунду смотрит на меня, молча выражая свою благодарность, и я киваю ей.

— Держись подальше от этого, Грин, — шепчет Ксандер мне на ухо, вызывая мурашки на моей коже.