Северное море (СИ)

Юлий ничего не ответил. Если бы не учащенное дыхание, решила бы, что заснул.

Испачканные пальцы сжали мою ладонь.

Хотелось просто разрыдаться, но пока было не до этого. Пришлось взять себя в руки. Аккуратно сняв обувь с парня, я укрыла его одеялом со второй кровати и побежала в гостиную. Коробка с лекарствами по-прежнему находилась в старом шкафу, рядом лежала небольшая стопка сложенных полотенец разного размера, прижав к груди аптечку, я аккуратно вытащила одно из них – самое мягкое, небольшое, темно-синего цвета.

Позвонила бабушка. Очень вовремя.

— Со мной все хорошо, ночевать не приду, буду утром, другу нужна помощь, — протараторила я и, сбросив вызов, выключила на телефоне звук, предвидя повторный звонок.

Пока я сбегала вымыть руки и искала на кухне большую кастрюлю, вода в чайнике вскипела.

В голове до сих пор не укладывалось, что Юлия избили. Он казался таким сильным, ловким и неуязвимым, что даже предположить подобное было сложно. Тогда, у леса, парень без труда раскидал обоих придурков, и глазом не моргнул… Кому же он перешел дорогу? За что с ним так обошлись? Эти вопросы не давали покоя.

Присев рядом с кроватью на стул, я шепотом позвала молодого человека, который по-прежнему лежал на спине с закрытыми глазами:

— Милый, ты спишь? — Веки дрогнули, изумрудные глаза посмотрели на меня. — Я принесла обезболивающее и воду, выпьешь? Полегчает.

Коротко кивнув, Юлия приподнялся и взял с протянутой ладони пару таблеток. Стакан он полностью осушил за раз, после чего снова лег. С разбитых губ сорвалось нецензурное выражение.

— Надо обработать раны… Ты не против? — поёрзав, спросила я.

— Буду благодарен, — хрипло отозвался побитый герой.

Я отставила стакан на тумбочку и глянула на кастрюлю с теплой водой. Потом на парня. И снова на кастрюлю.

— Надо бы футболку снять… — На щеках вспыхнул румянец.

Юлий покорно сел и тут же, зажмурившись от боли, прижал к животу руки. Именно на этом месте по ткани расползлось самое яркое багровое пятно.

— Давай, я посмотрю.

Стянув куртку и футболку, парень бросил на меня игривый взгляд. Даже в такой ситуации он оставался собой – ехидным ловеласом, осознающим свою дьявольскую привлекательность.

— Джинсы тоже?

— Д-да, — голос выдал смущение, такая себе из меня актриса, все эмоции моментально отражаются на лице.

Юлий отдал свои вещи и опустился обратно на спину, прикрыв ноги одеялом.

От вида крови всё это время мутило, но удавалось держаться, а вот перевести взгляд на торс, который, судя по состоянию одежды, явно очень пострадал, было особенно страшно.

Придвинувшись ближе, я смочила в кастрюле полотенце и стала аккуратно стирать с красивого лица запекшуюся кровь и оранжевые полосы. Молодой человек лежал смирно, лишь сильнее жмурил закрытые глаза, когда становилось больно.

Нежно проведя по разбитой губе краешком влажной ткани, я на мгновение замерла, осознавая, как близко к нему нахожусь. Подушечки пальцев одной руки слегка касались скулы, другая сжимала полотенце. От запястья к локтю стекла убежавшая капля. Густые черные ресницы дрогнули, Юлий посмотрел мне прямо в глаза.