Пространство любви

- Дело в том, что..., - она слегка замялась, а потом сходу объяснила варду еще про одну особенность организма человеческой женщины, стараясь изъясняться максимально доступным языком.

Когда тугие кольца его хвоста обвили талию девушки и опустились на одну ногу, Ориан задумчиво прищурился, переваривая информацию. Таня говорила правду - он ей нисколько не навредил. Зато багаж его знаний пополнился полезными сведениями о том, что земные женщины могут в некотором роде контролировать процесс зачатия детей благодаря этому непривычному ежемесячному циклу. И что самое важное и странное - женщины на ранних стадиях знают о наступлении беременности. Конечно, его совсем не обрадовал запрет близости в эти дни, но он уловил нотку лукавства в голосе Татьяны, сказавшей, будто воздержание полезно для отношений. А потом Ориан вздрогнул от прикосновения ладоней Татьяны к его хвосту, но тут же понял, что она прижимала их к своему животу.

- Знаешь, Ориан, мне бы какое-нибудь обезболивающее средство принять, - робко попросила она.

Вард спрятал хвост лишь только для того, чтобы достать из шкафа теплый мягкий плед, укутать в него свое сокровище, поднять на руки и уложить на кровать. Ориан удобно устроился на постели, прижал к себе девушку и вновь обнял ее своей длинной конечностью.

Все действия, сделанные Орианом, растрогали Таню до глубины души. Его бережное, почти трепетное, к ней отношение о многом сказали ей. А объятия из хвоста принесли невероятное облегчение. Словно вард знал, в чем она нуждалась в данный момент больше всего. Отступившая боль помогла девушке расслабиться, и она даже не заметила, как провалилась в сон.

Пока Таня спала на его груди, обдавая теплым дыханием кожу, Ориан внутренне возрождался, ликуя от восторга, наполнившего все его существо. Она стала смыслом его жизни, и он уже не мыслил себя без нее. Судьба, покаравшая его за своеволие, теперь преподнесла ему подарок - своенравную и непоседливую землянку. Ориан удовлетворенно хмыкнул. У девчонки отлично получается играть на его нервах, зато не скучно и забавно. Импульсы, пришедшие ему от хвоста, отозвались ноющим спазмом внизу живота. Девушка беспокойно шевельнулась, закинула ногу на ноги Ориана и прижалась еще теснее. Вард со свистом выпустил из легких воздух и страдальчески застонал. Приглушив рык, он выгнал из своей головы мысли о том, чтобы вновь опрокинуть ее на спину и осыпать ласками ее чудесное тело. Он прекрасно запомнил ее слова о том, что близость в этот период не рекомендована в течение трех суток, и его хвост это подтвердил. Все-таки странно устроен организм земных женщин. Очередное болезненное ощущение скрутило живот Тани, и Ориан поцеловал волосы девушки, понимая, что готов ради нее вытерпеть любую боль, отправиться за ней в самые далекие галактики, принять вызов и сразиться с тысячью противников.

Сто лет, казавшихся Ориану бесконечно ужасными, наполненными постоянными упрёками со стороны матери и сестры, косыми взглядами окружающих, он не знал, как ему жить. Назойливое желание мамы любыми путями сохранить статус их семейства походило на одержимость. И однажды Ориан испросив разрешения у их правителя, собрался и улетел на своем транспортнике в далекий космос. Мама была вне себя от ярости. Находясь вдали от ее ядовитых слов, он немного успокоил свои мысли и изорванное на куски сердце. Ему итак было несладко. За свою самоуверенность, за то, что пренебрег традициями их общества, он был наказан, причем самым жестоким образом. У него враз отобрали всё то, чего он добивался. Всю эту сотню лет он проклинал каждый день.