Ошибка Нострадамуса
- Автор: Фромер Владимир
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Мосты культуры
- ISBN: 978-5-93273-505-3
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Ошибка Нострадамуса». Краткое содержание книги:
В книге «Ошибка Нострадамуса» несколько частей, не нарушающих ее целостности благодаря единству стиля, особой ритмической интонации, пронизывающей всю книгу, и ощутимому присутствию автора во всех описываемых событиях.
В первую часть «Зеркало времени» входят философские и биографические эссе о судьбах таких писателей и поэтов, как Ахматова, Газданов, Шаламов, Бродский, три Мандельштама и другие. Эта часть отличается особым эмоциональным напряжением и динамикой.
В часть «Исторические портреты» входят жизнеописания выдающихся исторических персонажей, выписанных настолько колоритно и зримо, что они как бы оживают под пером автора.
В часть «Калейдоскоп памяти» вошла мемуарно-художественная проза, написанная в бессюжетно-ассоциативной манере. В книгу включены фрагменты из составляемой автором поэтической антологии, а также из дневников и записных книжек разных лет.
Наконец, терпение Крузенштерна лопнуло. На корабле прижился забавный и смышленый орангутанг, подобранный на одном из тропических островов и ставший всеобщим любимцем. Толстой привел обезьяну в каюту капитана, угостил бананом, показал животному, как нужно заливать бумаги чернилами, и ушел. Когда Крузенштерн вернулся в каюту, то обнаружил, что его дневники и научные записи непоправимо испорчены. Обезьяна постаралась на славу. Это и была последняя капля. Суровое, но справедливое наказание последовало немедленно. Федор Толстой вместе с соучастником преступления орангутангом был высажен на один из Алеутских островов. В судовом журнале появилась запись: «На Камчатке оставил корабль и отправился в Петербург сухим путем граф Толстой». Этот сухой путь оказался для него весьма продолжительным.
Крузенштерн высадил Толстого на остров, снабдив его провизией на первое время. Когда корабль тронулся, Толстой снял шляпу и поклонился командиру, стоявшему на капитанском мостике.
— Простите меня, Иван Федорович, — сказал он.
— Бог простит, — ответил Крузенштерн и отвернулся.
Среди алеутов Толстой освоился быстро и даже сумел стать кем-то вроде их племенного вождя. Ему охотно повиновались. Все его желания и прихоти выполнялись. Дело, по-видимому, не только в крутом нраве Федора Ивановича, но и в его татуировках, которые на всех островах Тихого океана считались символом власти и знатного происхождения. Впрочем, его пребывание у алеутов не особенно затянулось. Через несколько месяцев на остров случайно зашло российское торговое судно, на котором Толстой переправился на Аляску, принадлежавшую тогда России. Там он обошел почти всю Русскую Америку, за что и был прозван Американцем. Когда же ему наскучила такая жизнь, он на попутных судах пересек Берингов пролив, добрался до Камчатки, а оттуда через тайгу и всю Сибирь продолжил путь в Санкт-Петербург.
Уже на петербургской заставе он узнал, что именным указом ему запрещено появляться в столице. Император Александр был уже наслышан о бесчинствах этого офицера. Поручик Толстой был препровожден под конвоем в гарнизон захудалой Найшлотской крепости для дальнейшего прохождения службы — жестокое наказание для храбреца, мечтающего о военной славе.
А в Европе тем временем уже бушевала война. Два года Толстой слал из своего глухого местечка прошения во все инстанции, умоляя отправить его в действующую армию. Наконец за него поручился его старый товарищ князь Михаил Петрович Долгоруков. По его просьбе Толстого назначили к нему адъютантом. Князь любил слушать рассказы Американца о его приключениях, был с ним на ты, наслаждался его кулинарным искусством и приберегал его для самых отчаянных операций.
В 1808 году началась Русско-шведская война. Полк князя Долгорукова разбил шведов в сражении под Иденсальмом. Чтобы не дать отступающим шведским драгунам перейти на другой берег реки, князь приказал Толстому прорваться с казаками к мосту и захватить его. Толстой блестяще выполнил задачу. День был прекрасный, осенний. Князь в сопровождении Толстого и полковника Липранди шел к мосту вслед за своим полком, уже переправившимся на тот берег. Вдруг неизвестно откуда прилетело трехфунтовое ядро и ударило его в левый бок. Липранди, Толстой и несколько казаков положили бездыханное тело князя на доску и понесли. Толстой был весь в крови своего друга и покровителя. «Я не буду смывать эту кровь, пока она сама не исчезнет», — сказал он Липранди.
В дальнейшем, командуя батальоном Преображенского полка, Толстой провел разведку пролива Иваркен и, убедившись, что шведских войск там почти нет, доложил об этом командующему корпусом Барклаю де Толли. Тот с трехтысячным отрядом прошел по льду Ботнического залива и оказался в тылу у шведов, что и решило исход войны. За эти заслуги Толстой был полностью прощен и удостоен почетных наград.
Вернувшись в Петербург, Американец принялся за старое. Свое искусство карточной игры он довел до совершенства. У столика, покрытого зеленым сукном, проявлялись все стороны его сложной натуры: и хладнокровие, и азарт, и знание человеческих слабостей, и математический расчет. С незнакомым человеком он некоторое время играл просто так, изучая его характер. Поняв, как нужно действовать, чтобы очистить его карманы, принимался за дело. Он выигрывал огромные суммы. Деньги приходили к нему легко и так же легко уходили, ибо он привык жить на широкую ногу и часто устраивал роскошные кутежи.