Бойцов не оплакивают. Повесть об Антонио Грамши
- Автор: Хигерович Рафаил Исаевич
- Год: 1979
- Язык: русский
- Год: Издательство политической литературы
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Бойцов не оплакивают. Повесть об Антонио Грамши». Краткое содержание книги:
Рафаил Хигерович начал свою трудовую жизнь на заводе, служил в военной авиации, в 1941 году ушел на фронт. После окончания войны целиком посвятил себя литературному труду. Он известен как драматург и прозаик, автор книг «Путь писателя», «Младший брат», «Помилован каторгой» и др.
— Что-то византийское, правда?
— Может быть. Удивительное лицо. Особенно взгляд.
— Нам пора в корпус,—помолчав, сказала Евгения Аполлоновна. И добавила без связи с предыдущим: — В следующий раз Юля принесет мне одну книгу.
И опять Юлия Аполлоновна торопилась: семья Шухт, оказывается, жила в Иваново-Вознесенске, нужно было успеть на поезд. На этот раз гостью провожали за ворота санатория вдвоем. Когда вернулись, Евгения Аполлоновна показала Грамши книгу, о которой шла речь в прошлый раз.
— Взгляните, Антонио. Это повесть д’Амичиса «Школьные товарищи», переведенная с итальянского Анной Ильиничной Ульяновой, старшей сестрой Ленина. Вот надпись: «Наде, Тане, Жене и Асе Шухт от переводчицы».
— Почему же здесь нет имени Юлии?
Евгения Аполлоновна засмеялась.
— Юля еще была неграмотной. Ей только исполнился год. Мы жили тогда в Швейцарии. Мария Александровна и Анна Ильинична приехали нас навестить. Кажется, тогда-то Анна Ильинична и подарила эту книгу.
— Все это очень интересно, Женя. Я давно хотел попросить рассказать о ваших родных.
Евгения Аполлоновна отрицательно покачала головой,
— У нас хорошая семья, а я плохой рассказчик. Все испорчу.
— Это не просто любопытство, То, что вы мне уже сказали... Понимаете, Женя, ваша семья, ее история — целая эпоха в жизни русского общества.
— Очень торжественно, но, пожалуй, вы правы. Дед — боевой кавалерийский генерал русской армии. Отец делает первые шаги по пути деда, вдруг бросает все, службу, карьеру, и уходит в революцию.
— Подождите, Женя, не торопитесь. Итак, дедушка — боевой генерал...
— Не скрою, дед с детства занимал мое воображение. Во время русско-турецкой войны 1877—1878 годов он командовал кавалерийской бригадой, скончался 15 мая 1878 года в чине генерал-майора и похоронен в Константинополе. Но дедом я вас мучить не буду. В остальном пеняйте на себя.
2
В начале 1890-х годов в Самаре поселился вернувшийся из ссылки Аполлон Александрович Шухт. У него была жена и три дочери: Надя, Таня и Женя. Старшей было пять лет, младшей, «сибирячке», как ее шутливо звали в семье, пошел второй год.
Заслуженный ореол революционера и личное обаяние привлекли к нему симпатии передовой самарской молодежи — членов кружка А. П. Скляренко.
Свежий человек заинтересовал близкого к кружку двадцатилетнего Владимира Ильича Ульянова. Они встретились и понравились друг другу. Тем более что заочно уже знали друг о друге от своих матерей, познакомившихся трагической весной 1887 года в Петербургском доме предварительного заключения: Мария Александровна Ульянова навещала сына и дочь, Отиллия Егоровна Шухт — сына.
Аполлон Александрович с женой Юлией Григорьевной не раз захаживали к Ульяновым, иногда Мария Александр ровна навещала симпатичных ей людей.
В Самаре Шухтам жилось нелегко. Мать Аполлона Александровича звала сына с семьей в Царское Село, где у нее был собственный дом. Для переезда требовалось разрешение властей —в Самаре Аполлон Александрович продолжал оставаться под надзором полиции. И вот Юлия Григорьевна решила отправиться в Петербург хлопотать за мужа. Как быть с детьми? Самое разумное взять с собой, в Царском Селе оставить на попечении бабушки и приняться за хлопоты. Страшила только дорога.
Как-то Юлия Григорьевна зашла к Ульяновым. Поделилась своими опасениями.
— Да, трудновато вам будет с тремя крошками,— вздохнула Мария Александровна.
В комнату вошел Владимир Ильич, поздоровался, попросил чаю.
— Ты слышал, Володя, Юлия Григорьевна собирается в Петербург,— сказала Мария Александровна, наливая чай.
— Слышал, мамочка. Когда, позвольте спросить? — обратился он к Юлии Григорьевне.
— Недели через две.
Владимир Ильич покачал головой.
— Поздновато. Хотел предложить вам свое общество. Я ведь тоже в Петербург собираюсь. Сдавать экзамены при университете. Полагал выехать на днях, но мог бы задержаться максимум на неделю. Сумеете собраться, охотно буду вашим спутником.
— Нет, нет, зачем портить поездку вашему сыну,— говорила смущенная Юлия Григорьевна, обращаясь одновременно к Марии Александровне и к Владимиру Ильичу.
— Зря вы апеллируете к маме,— усмехнулся Владимир Ильич.— Навязываюсь вам в спутники, как говаривали древние, motu proprio — по собственному побуждению.
Прощаясь, Юлия Григорьевна сказала:
— Возможно, Мария Александровна, вы пожелаете посетить столицу. Ведь там у вас дети: Оленька и вот Володя. Помните, что наш дом всегда рад вам.