В небе над Донбассом и Сахалином. История рейсов МН17 и КЕ007
- Автор: Мухин Юрий Игнатьевич Олег, Брюн Мишель
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алисторус
- ISBN: 978-5-00180-340-9
- Переводчик: Е. М. Ковалев
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - «В небе над Донбассом и Сахалином. История рейсов МН17 и КЕ007». Краткое содержание книги:
Известный своею дотошностью разоблачитель афер Юрий Мухин уверен: 17 июля 2014 года самолёт рейса МН 17 авиакомпании «Malaysia Airlines», вылетевший из Амстердама в Куала-Лумпур, повторил судьбу другого Boeing 777 то же авиаперевозчика. Последний исчез 8 марта 2014 года над Индийским океаном, когда выполнял рейс из Куала-Лумпура в Пекин. А над Донбассом, спецслужбы США сбросили обломки самолётов со свалки металлолома и трупы неизвестных людей.
Сбитый над Сахалином в ночь на 1 сентября 1983 года южнокорейский авиалайнер, который выполнял рейс из Нью-Йорка в Сеул, стал одной из загадок XX века. До сих пор ведутся споры о том, чьи же ракеты его сбили: советские или… американские? Французский авиаэксперт Мишель Брюн, потратив 10 лет на сбор доказательств своей версии, уверен: над Охотским морем шел настоящий воздушный бой нескольких советских и американских истребителей.
Подходя к краю пристани, у входа в порт я увидел большой кусок алюминиевой панели площадью от шести до девяти квадратных футов. Он был того же бледно-синего цвета, как и фюзеляж самолетов KAL. На этот раз это был не фрагмент с ячеистой структурой, а многослойная панель, состоящая из двух кусков алюминия, между которыми находился лист черного пластика. Я в первый раз обнаружил обломок из внешней части «Боинга-747». Оказалось, что эта панель — часть аэродинамического покрытия нижней части фюзеляжа, которая выкрашена такой же бледно-синей краской. Этот многослойный сэндвич был примерно два миллиметра толщиной и алюминиевые пластины были толщиной восемь тысячных дюйма, то есть очень тонкие. Но сам сэндвич был прочным. Отколов маленький кусок, я увидел, что он плавает в воде. Его плотность была немного ниже, чем плотность воды, и он плавал. Интересно, что в статье, напечатанной позднее в «Известиях», упоминалось, что Советы нашли такие же обломки на Сахалине и идентифицировали как принадлежащие KAL 007.
Следуя вдоль этой части берега, которая была полторы мили длиной и заканчивалась обрывом, я нашел всего девять фрагментов с ячеистой структурой, самое большое число в одном месте. Пляж находился в начале мыса, вдающегося в море. Высокая плотность обломков вдоль этого берега подразумевала, что точка в которой они начали совместный дрейф, находилась не слишком далеко. Тем не менее, как только я покинул Кисаката и пошел далее к югу, плотность обломков резко упала, с пяти фрагментов на милю к северу от деревни до 0,5 на милю далее к югу. Я чувствовал, что нахожусь совсем недалеко от места гибели лайнера и далее нельзя будет обнаружить никаких обломков.
К тому времени я подошел ближе к Ниигата. Я решил исследовать Фукура, другую маленькую рыбацкую деревню, находящуюся в стороне. Фукура была последней железнодорожной станцией на берегу, затем дорога поворачивала в глубь острова, и я не смог бы пройти по берегу до следующей станции, как я делал до сих пор. Через окно поезда я наблюдал за береговой линией, пытаясь определить, трудно ли здесь идти пешком. К северу от Фукура берег обрывался в море грядой отвесных скал. Тем не менее к югу находился длинный, широкий пляж из белого песка, примерно в восемь миль длиной и несколько сот футов шириной.
Прибыв на пляж, я заметил полосы мусора, отделенные друг от друга. Первая находилась довольно близко к краю воды и в нем не было ничего интересного. Вторая была примерно в центре пляжа и содержала большое количество топляка. Последняя находилась высоко и была сильно разбросана. Большую часть этих обломков оставили штормы и высокие приливы. Я решил начать с нее и исследовать среднюю часть на пути домой.
Мои инстинкты оказались правильными. Я нашел два куска с ячеистой структурой. К вечеру я дошел до конца пляжа, не найдя больше ничего. Было невыносимо жарко. Я решил немного отдохнуть и прыгнул в холодную воду. Насколько я мог видеть в обоих направлениях, на пляже никого не было. Я позволил себе немного отдохнуть, лежа на воде, сознавая, однако, что до конца моих поисков еще очень далеко.
Я выбрал Незу-га-Секи в качестве следующего района поисков, потому что это селение находится достаточно далеко от Кисаката (в 47 милях) и имеет длинный пляж и выходящие на поверхность воды скалы, которые задержат любые плавающие обломки. Деревня находилась в 62 милях от Ниигаты. Я нашел кусок с ячеистой структурой с какими-то корейскими надписями и следами коррозии на алюминиевой панели. Затем я нашел какой-то странный значок, который выглядел так, как будто был прикреплен когда-то к атташе-кейсу какого-то бизнесмена. Этот кусок белого пластика имел форму щита, напоминающего средневековый герб. Это было окрашенное в голубой цвет стилизованное изображение, которое могло быть профессиональной камерой для съемки кинофильмов, в нижнем полукруге была надпись по-корейски.
Недалеко от почтового офиса кто-то показал мне корейский ресторан. Здесь я нашел пожилую кореянку, которая перевела надпись на значке на японский. Эта надпись гласила: «Второй кинофестиваль» (DFAI NI KAI SCREEN NAI КАI» или что-то в этом роде). Позднее мне говорили, что эта надпись могла иметь отношение ко Второму Сеульскому кинофестивалю 1983 года. Возможно, один из его участников решил лететь на рейсе KAL 007.
Моя следующая остановка была в Мураками, деревне, расположенной совсем близко от Ниигаты. Здесь я нашел один обломок. Он был серого цвета, похожий на те, которые я обнаружил в Окушири. Был ли он последним? Моей следующей зоной поисков была сама Ниигата.