Искатель, 2018 №10
- Автор: Москвин Игорь Владимирович, Иваненко Дмитрий
- Серия: Журнал «Искатель» #477
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: ООО «Книги «Искателя»
- ISBN: 0130-66-34
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Искатель, 2018 №10». Краткое содержание книги:
В 1961–1996 годах выходил шесть раз в год, в 1997–2002 годах — ежемесячно; с 2003 года выходит непериодически.
— Из Москвы так из Москвы. С кем в столицу прибыл?
— Как с кем? С женой Матреной, — искренне удивился Чернявенький.
— Ты давно женат?
— Года нет.
Кирпичников с интересом смотрел на задержанного, тот оживился. Глаза заблестели, улыбка появилась на губах, когда речь зашла о Матрене. Сейчас играть на чувствах Жоржика Аркадий Аркадьевич считал неуместным. Но и не знал, как сообщить о смерти жены.
Через три с половиной часа во внутреннем кармане пиджака Громова лежал заветный список, состоявший из шести фамилий — два офицера и рядовые. Четверо из десяти, выживших в бою, скончались от ран тогда же, в феврале, один бросил погоны на стол командира полка, который не распорядился об аресте, унтер просто сбежал, остальных разбросала война по другим частям, но о них было известно, где находятся в настоящее время.
Офицер, фактически ставший дезертиром, сказал командиру полка, что присягал Государю, но если тот отрекся, то и он не желает служить правительству, которое не избирал.
Казалось, список жжет карман, и Сергей Павлович спешил, чтобы поделиться полученными сведениями с начальником уголовного розыска.
Кирпичников вызвал двух сотрудников и распорядился подогнать к входу авто.
Тело Матрены увезли в покойницкую на Васильевский. Там же врача, делавшего вскрытие, Аркадий Аркадьевич стал за написанием отчета.
— Здравствуйте, господин Кирпичников, — врач поднял лицо и положил перьевую ручку на прибор, — не ожидал, что нас навестите.
— Служба, — после ответного приветствия произнес Аркадий Аркадьевич. — К вам сегодня доставили женщину…
— Вот, — врач накрыл бумагу рукой, — пишу вам…
— Это подождет, — серьезным тоном сказал начальник уголовного розыска, — со мною муж убитой женщины.
— Вы хотите произвести опознание?
— Нет, в сущности, я преследую другие цели. Но что вы выяснили?
— Что я могу сказать? Судя по ране, способу ее нанесения и, самое примечательное, по сечению лезвия, дело рук одного человека. Я говорю о Петрове и о тех двух, что привезли ко мне с Екатерининского.
— Значит, одна рука.
— И то же оружие, — дополнил врач.
— Что-нибудь еще важное?
— Если это важно, то женщина была на третьем месяце беременности.
— Что? Вы не ошиблись?
— Аркадий Аркадьевич, из нас двоих я — врач, поэтому я знаю, что говорю.
— Я попрошу не говорить об этом мужу убитой.
— Хорошо.
Через пять минут Жоржик стоял у тела убитой жены. Лицо превратилось в гипсовую маску и вмиг посерело, плечи поникли, и сам Чернявенький едва стоял на ногах. Казалось, секунда — и он лишится чувств. Но устоял и сжал пальцы в кулаки так, что побелели костяшки.
На несколько минут превратился в безжизненную статую, у которой живыми оставались только потемневшие глаза.
Чернявенький не бросался на колени, не заламывал от горя руки, просто стоял и почти не дышал.
— Кто? — спросил он глухим загробным голосом.
Вернулись на Офицерскую, 28.
Весь недолгий путь Жоржик молчал.
Кирпичников старался не смотреть на задержанного, но взгляд все равно возвращался к посеревшему обескровленному лицу. Даже желваки перестали перекатываться на скулах.
— Продолжим нашу прерванную беседу? — спросил Аркадий Аркадьевич Чернявенького.
— Кто? — повторил Жоржик вопрос, заданный в покойницкой.
— У тебя мыслей на счет Матрены нет?
— Кто?
— Григорий Францевич или Георгий Сидорович, а может быть, Жоржик Чернявенький, да бог с ними, именами. Они для таких, как ты, не существенны. Вот ты должен быть по своей профессии внимательным и отмечать малейшие изменения вокруг. Ты не догадываешься, кто совершил в твоем доме злодеяние?
— Не томите, господин Кирпичников, скажите, кто?
— Для начала ты не хочешь выяснить, как мы узнали твою фамилию?
В глазах Жоржика загорелся интерес.
— И как?
— По почерку.
— Как это?
— Среди сотрудников есть один агент, который еще до большой войны сталкивался с тобой.
— Ну и что? Он мог ошибиться?
— Мог, конечно, но дело в том, что сыскной архив сожгли в феврале прошлого года, но не до основания, многие дела сохранились, среди них и твои отпечатки пальцев, — Кирпичников пошел ва-банк, — ты же ныне работал без перчаток и сильно наследил. Видимо, не строил планы в будущем на возвращение в Отчизну?
Жоржик удивленным взглядом смотрел на начальника уголовного розыска. Да, он совершил непростительную ошибку, пожалел тонкие лайковые перчатки. И теперь его отпечатки на всех вскрытых сан-галлиевских сейфах. Печально.