Брежнев и Насер. Из истории советско-египетских отношений. Документы и материалы, 1965–1970 [сборник]

Говоря Вам как брату, как человеку, Вы задали нам в это время много работы. Все мы работали буквально днем и ночью. Уже не МИД, а мы сами писали шифровки, вызывали к телефону посла. Президента Джонсона мы подняли в 2 часа ночи. В один день по телефону мы собрали в Москве руководителей всех социалистических стран, приняли решение о разрыве дипломатических отношений с Израилем. Все социалистические страны, кроме Румынии, которая также участвовала в Совещании, порвали отношения с Израилем. Румыния заняла плохую позицию, придерживаясь по существу произраильского курса.

Мы не хотели бы поднимать сейчас вопрос о наших материальных затратах, но остается фактом то, что в этот момент мы направили вам 575 тяжелых самолетов с оружием.

А. Н. Косыгин. По существу был организован воздушный мост.

Л. И. Брежнев. Если бы у нас была тень сомнения или неуважения по отношению к вам, то Советское правительство никогда бы не поступило таким образом. Это явилось прямой демонстрацией перед империализмом, не перед евреями, как можно было бы подумать, а перед всем мировым империализмом. Несмотря ни на какие разногласия, которые существовали среди арабских руководителей, ни у кого не вызывал сомнения тот факт, что главной целью израильской агрессии являлся подрыв прогрессивных сил арабских стран, отбросить их на 100 или, может быть, больше лет назад и восстановить колониализм в этом районе. Мы не хотим вдаваться сейчас в анализ причин поражения арабов в войне. Мы должны сделать соответствующие выводы из одного факта. Если израильтяне подошли почти к Каиру, не имея перед собой фактически никакого организованного сопротивления и не пошли дальше, то это все-таки что-то значило. Это было прямым результатом политических действий Советского Союза и социалистических стран, результатом нашей борьбы с крупнейшими империалистическими хищниками — американцами и англичанами. Именно это остановило Израиль и предотвратило захват Каира и Александрии. По существу с нашей стороны был предъявлен ультиматум империализму. Этот ультиматум мог бы означать и возможность начала событий в Европе.