Хранитель рода государева 5

Задачей Якова Моисеевича было нахождение среди духовенства инакомыслящих, для этого он мог использовать практически любые методы. Но в основном вполне хватало его собственной силы. Люди, понимая, что их дар заблокирован, сами начинали все говорить.

И понятно, что работая на подобном посту, рано или поздно найдутся люди, которые решат поквитаться со слишком зарвавшимся, с их точки зрения, евреем.

Тем более в Ватикане, где Папы сменяются с завидной регулярностью, а ни одна из коалиций не может долго удерживать престол, начиная внутреннюю грызню.

Вот во время одной из таких заварушек к власти пришёл человек, имеющий много вопросов к ордену Псов Господних. И в частности, к Якову Моисеевичу.

Хоть последний и пытался всячески скрывать свою семью, вывезя их в другую страну, изменив имена и вообще предприняв все возможные меры безопасности. Но ему не удалось уберечь их.

Новости о смерти семьи застали его уже здесь в России. В то время он скрывался в небольшой деревушке под Одессой. Всячески стараясь увести ищеек Ватикана по своему следу.

— В то время я был молодым глупцом, который думал, что делает богоугодное дело. Настоящим фанатиком, который не видел реальной картины. Но после гибели семьи я прозрел. Прозрел и понял, что практически всё духовенство не имеет к господу никакого отношения. Они просто проталкивают свои интересы, наживаясь на многочисленной пастве.

Смерть семьи стала для меня страшным ударом. От которого я не смог оправиться и по сей день. Но тогда я не мог себе позволить горевать. Я должен был отомстить.

Прекрасно зная всех виновных. Я отправился в Ватикан. Обмануть ищеек, отправленных на мои поиски, не составило никакого труда. Да и среди всех служб Ватикана у меня осталось много старых друзей, которые были обязаны мне.

Уже оказавшись на месте, я смог сколотить вокруг себя небольшой отряд и выждав нужный момент, нанёс удар. Ты когда-нибудь слышал о годе безумия? — спросил Шмейхельман.

Естественно, я слышал. Об этом было написано во всех учебниках по истории. Время, когда католическая церковь осталась полностью без духовенства. На очередном конклаве состоялось невиданное до этого нападение.

Против духовенства поднялась вся охрана. Было применено какое-то невиданное до того момента оружие. Что это было никто не знал. Но больше сотни сильных одарённых не смогли справиться, практически с равным количеством слабосилков.

— В тот день я выгорел практически дотла. Но смог заблокировать силы, всех собравшихся на конклаве. Я был грандом, а сейчас моих сил едва хватит, чтобы показать результаты второй ступени.

После конклава я больше восьми лет, не мог касаться силы. Она была при мне, но просто не отвечала.

Яков Моисеевич тяжело вздохнул и уставился на свои руки. Даже не представляю, каково ему было эти восемь лет. Отец с дедом на короткий срок блокировали мой дар и мне казалось, что у меня отрубили руку, а тут такой срок.

Собравшись с мыслями, портной продолжил.