Работа над ошибками (СИ)
- Автор: Клюшина Инесса
- Год: 2014
- Язык: русский
- Год: СамИздат
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Работа над ошибками (СИ)». Краткое содержание книги:
— Нельзя бросать в такой ситуации.
— Да что ты говоришь? А есть определенный устав, когда можно и когда нельзя? А, черт, — мое агрессивные эмоции заканчиваются, и остается лишь усталость и опустошенность. И кому я это все рассказываю? Успешному Стасу, который сам из таких нуворишей, как и мой муж. Нашла себе публику для жалости.
— Извини, — Стас рукой проводит по своему светлому ежику волос. Он так делает иногда, когда бывает растерян, — я как-то…знаешь, не ожидал такого. Это подло…
— А как я не ожидала в свое время, — мрачно сообщаю я. Не узнаю Стаса. Впервые он не кажется мне высокомерным. Все-таки сердечко имеется, и какие-то понятия о нравственности присутствуют. Радостно, конечно. До этого все казалось, что я влюбилась — давайте на чистоту уже, чего растекаться мыслью по древу — влюбилась в холодного и бездушного человека, отягощенного лишь своими закидонами и армейской моралью. А сейчас передо мной сидит мало не восемнадцатилетний юнец с блуждающим взглядом. И что же у вас там происходит в подкорочке? — Ну да ладно, Стас. Прошло много времени. Все быльем заросло.
— Да брось ты. Ничего не зарастает. Знаю…по себе.
Киваю и подвигаю к себе рюмку, которую отобрал минуту назад Стас. Кто как, а мы грустить не собираемся.
— Говорят, Время смягчает. Никогда не смягчает, нет. Страданье, как сухожилие, крепнет с тяжестью лет. Время — лишь Проба горя, нет снадобья бесполезней, но если оно исцелило — не было, значит, болезни, — декламирую негромко и насмешливо смотрю, как расширяются от изумления глаза Стаса. Понятно, парень никогда не слышал такого. А мы сейчас устроим чтение классики. Хоть русской, хоть зарубежной — не вопрос. Сопроводив сим тостом вторую свою рюмку, выпиваю ее в одну секунду. Смотри-ка, легче пошла. Закусываю огурчиком и фыркаю на Стаса:
— Окстись, генерал, не смотри так. Это всего лишь Эмили Дикинсон, знаменитейшая американская поэтесса. Тоже, кстати, жизнь ее не сложилась счастливо. Так и прожила всю жизнь одна и умерла нестарой. Так что кому-кому, а ей было о-очень известно, что такое чувство душевной боли. Счастлив тот, кто не испытывал этого, или испытал лишь самую малость. А когда купаешься в этом… Н-да. «Только размер потери делает смертного равным Богу».
— А это кто сказал?
— Бродский. Иосиф Александрович. Уже русский поэт.
— Кажется, пить тебе на сегодня хватит.
— Может быть, — отставляю рюмку прочь, — ваш-то избалованный народ не любит, когда женщины умничают. А, Стас? Легче же с милыми девушками, правда? И чтоб ума поменьше, а красоты — побольше. Или с теми, кто молчать умеет, и молчит в нужное время и в нужном месте. А я вот не умела тогда, да и сейчас с этим не очень. Говорила, что думала. Что не одобряю методов Андрея, что против, когда наживаются на ком-то и воруют. Ты думаешь, почему он меня не любит? Вот поэтому-то. Правда глаза колет. И он мне сейчас тоже глаза-то того…поколол. Что мой муж живет хорошо, я не сомневаюсь и никогда не сомневалась. У него это замечательно получается…
— А потом что было? После развода? — перебивает меня Стас, будто вспомнив что-то важное. Я же не все ему рассказала. Ну ладно, слушай, паренек…
— После развода я оказалась на улице. В прямом смысле, Стасик. Родители два года как уехали на юг, в Лоо, продали здесь квартирку и домик там купили. Не без участия моего мужа, разумеется. Позвонили и отругали, мол, не смогла удержать Коленьку. Они его жуть как любили и сейчас любят безумно. Еще бы. Домик он им не хилый помог приобрести, благодетель… И я — на съемной квартирке, с несколькими сумками и так, по мелочи еще чем… Потом Кольку, видно, совесть заела все-таки. Выделил мне энную сумму. На нее я купила эту однокомнатную квартирку, в которой сейчас живу. Не все так плохо в этом мире, если уж по-честному… Денег у Кольки сначала брать не хотела — подружки и коллеги по школе уговорили. Сказали, гордость гордостью, а свой угол всегда свой. Тем более, по закону я же имела право на имущество, а как уж там Андрей с Колей провернули свои темные делишки — не ведаю. Да и не интересно, — вздыхаю и закругляюсь, — вот и все, Стас. Дальше были годы ужасных переживаний, но со временем…жизнь наладилось. И сейчас я здесь, с тобой, рассуждаю о вечном и цитирую прекрас-сных классиков. По-моему, все зашибись. А хочешь еще Бродского?