Крым [СИ litres]

– Да заходи уже, все равно ведь твоя голова уже внутри. Проснулся я! – Лешка встал со своего топчана и натянул на тело доломан. – Чего там стряслось опять, Данила?

– Вашвысокоблагородие, мы ведь под утро с объезда линии вернулись, а опосля нашего прихода драгун в лагерь прискакал с донесением, что на третьем редуте, который рядом с Бахчисараем стоит, нападение на самом рассвете было. Двух наших солдат караульных басурмане срезали, а еще одного они с собой в горы уволокли. И вместе с ними ружья и весь боевой припас тоже вынесли.

– Та-ак! Поднимай дозорный плутонг! – бросил резко Алексей. – И отдыхающий, тот, что с ханской охраны вчера сменился, пусть он тоже к выходу готовится, – Егоров взглянул на небо. – Рано еще, часа три, не больше, с нападения прошло. След пока должен быть свежим!

На третьем редуте, что стоял буквально в пяти верстах севернее Бахчисарая, несла службу четвертая мушкетерская рота второго батальона Ряжского пехотного полка.

– Капитан-поручик Рожков, – представился командир роты. – День предыдущий был жарким, господин майор, а задание на земляные работы нам отмерили изрядное. Ров мы вчера углубляли, вал насыпали и потом трамбовали, орудийные позиции сверху устраивали. Здорово все уморились. Я на ночь, как и положено, усиленный караул на валу выставил. Четыре сменные вахты по десять человек в каждом при капрале дежурили. Кострами обложились, рогатками вокруг огородились, все как положено, чин по чину. Сам два раза их обходил, и командиры полурот тоже, – кивнул он на двух молоденьких прапорщиков. – А вот же не углядели. И как так тихо смогли подкрасться?!

– Обоих разом срезали, Ляксей Петрович! А потом их тела в ров снесли, – сидящий на корточках Макарович, словно ищейка, обнюхивал землю.

– Точно, не меньше пяти их тут, на валу, было, – подтвердил Лужин. – Вона как они здесь хорошо наследили. Земелька-то мягонькая от вчерашней копки, отметины от сапог пехотинцев и от татарских ичиг хорошо на ней различимы.

– А у меня их трое было, – подал голос Савва. – Видать, сидячего они по голове ударили, а потом его на себе вниз через ров выносили. След хороший, а вон там, за кустом, примято изрядно. Похоже, связали его, а потом уже дальше понесли.

– Двигать в горы нужно, ваше высокоблагородие, – кивнул на виднеющиеся отроги Федор. – Сейчас солнце жарить начнет, и весь след тогда пропадет. Зазря все будет, никак не найдем мы тех душегубцев.

– Смотри-ка, егеря словно бы охотничья свора, по всем кустам рассыпались, везде землю роют, каждую былинку осматривают и ощупывают все! – шептались пехотинцы, поглядывая на работу «волкодавов» с высоты вала.