Копельвер. Часть ІІ (СИ)
- Автор: Карабалаев Сергей
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Копельвер. Часть ІІ (СИ)». Краткое содержание книги:
Ракадар сжал кулаки.
— Ракадар! Круж! Встать друг напротив друга. Сейчас мы и узнаем, кто лучше дерется.
Остальные оградители переглянулись, предвкушая показательный бой, а Ракадар и Круж стали готовиться к поединку. Круж скинул с себя рубаху и снял тяжелый пояс, а Ракадар завязал длинные волосы тесьмой.
— Начать поединок! — приказал Вида.
Ракадар только и ждал этого — змеей бросился он на всгорца и скользнул в волосе от его меча. Круж же ударил так, что если бы не ловкость хардмарина, то поединок бы закончился, даже не начавшись.
— Давай же, кровопийца, иди сюда! — шипел Ракадар, подзывая к себе Кружа.
Всгорец размахнулся и снова ударил. Силы ему и впрямь было не занимать.
— Да помогут тебе боги, Ракадар, — прошептал Вида, пристально следя за каждым движением противников.
Но койсоец не нуждался в помощи богов — он владел мечом хоть и хуже Виды, но лучше остальных. Круж тоже был знаком с мечом. Однако все увидели, что здоровяк был совсем не ровней верткому Ракадару. Он защищался, но не успевал нападать.
Ракадар прыгнул вперед и повалил Кружа на землю, носком сапога отшвырнув от того меч.
— Проси пощады! — просвистел он.
— Ракадар победил! — объявил Вида, хотя никто и не сомневался в этом. — А теперь же он и его новый ученик встанут да обнимутся как братья.
Ракадар переменился в лице — неужто он ослышался? Ученик? Он должен будет учить Кружа вместо Виды?
— Но, хардмар, — начал Ракадар.
— Ты слышал мой приказ. И не смей со мной спорить! — ответил ему тот и, посмеиваясь, удалился с учебной площадки вместе с Валёном.
— Ты хорошо бьешься, — заметил Круж, вставая на ноги.
— Заткнись! — ответил его новый учитель, больше всего на свете желая перерезать Кружу глотку.
Но делать было нечего, и Ракадар стал учить Кружа, как когда-то Вида учил его самого. Мало-помалу, ненависть сменилась равнодушием, а потом и гордостью, когда он увидел успехи своего ученика.
— Я не замышляю зла, — как-то сказал ему Круж. — Тебе нечего меня опасаться.
А Валён, в чьем харде был всгорец, не мог нарадоваться на него. Ему как раз и не хватало таких воинов.
Глава 14. Богатые лоскуты
Забен, Иль и Уульме собирались в Рийнадрек, в столицу его Гарду. Лем, отбывший загодя, чтобы подготовиться к свадебному пиру, нанял для них две повозки и четверых телохранителей, дав тем наказ сторожить Иль и старика с ручным волком как зеницу ока.
Забен по случаю свадьбы купил себе новый халат и красный шелковый к нему кушак.
— Вот и повод принарядиться, — сказал он своему отражению в зеркале, — а то поизносился я весь.
В сундуках, которых теперь грузили в повозки, обнаружились цветастые платья, меховые плащи, кожаные башмаки, шерстяные платки, стеклянная посуда и три толстых книги — Забен не поскупился на приданое для Иль. Даже Уульме украсили в честь предстоящего торжества — Иль самолично повесила ему на шею красивый новенький ошейник.
— Привезите гостинцев! — клянчил Оглобля, глядя на сборы.
— Подарочков, — вторил ему Коромысло.
Подмастерьев в Гарду не брали — им было поручено сторожить дом и все имущество старика.
— Никого не пущать, болваны! — напутствовал их Забен перед самым отъездом. — Лавку не отпирать. Если только брат мой преступный не явится. Ему откройте.
Уульме встрепенулся. Сталливан?
— Сталливан здесь будет, но не к нам он идет, — ответил Забен на его молчаливый вопрос.
— Прощай, дом! — попрощалась с Опелейхом Иль, выглядывая в оконце. — Прощай!
— Как обживешься на новом месте-то, так и приезжай в гости, — сказал Забен, оправляя на себе полы нового халата. — Завсегда примем.
Когда острые крыши Опелейха остались далеко позади, а Иль начало клонить в сон, Уульме, сидевший в ногах Забена, спросил старика:
— Расскажи мне о себе.
Он и раньше его спрашивал, но тот или отшучивался, или умело переводил разговор.
Забен, казалось, был готов к этому вопросу:
— Что рассказать? О том, как родился? Как рос?
Уульме хотелось узнать о Забене все.
— Я, как ты, должно быть, и сам понял, — начал Забен после долгого молчания, — не сказать, что простой смертный. Да и брат мой тоже не такой пройдоха, каким кажется. Родились мы с ним в Северном Оннаре, в окресте Хумлай-Оне. Далекие земли, неживые. Обитают там люди, наделенные большой силой: видеть прошлое и грядущее, читать мысли и прогонять смерть, искать то, что сокрыто, и прятать то, что должно быть спрятано. Но главное, что нам подвластно — помогать тем, кому в целом свете больше некому помочь…
Он снова замолк, словно давая Уульме возможность обдумать его слова, а затем продолжил:
— Сталливан встретился тебе не случайно — он нарочно оказался в Опелейхе, в том самом постоялом дворе в тот самый день и миг, чтобы помочь тебе не рухнуть в бездну. Кем ты был? Совсем мальцом, взявшим на себя не свой грех, и за это казнившим себя сильнее любого палача. Что бы ты сделал, если б не он?
Уульме опустил голову. Он давно думал об этом, и знал, что, не встреться Сталливан ему на пути, то жизнь его окончилась бы куда раньше да бестолковее, чем вышло на самом деле.
— Да и потом Сталливан не бросил тебя. Он ушел, зная, что я за тобой присмотрю. Мавиор выкупил только тебя, а ведь в Дорате были и другие заключенные… Как знал? Да и привел он тебя не к кому-нибудь, а ко мне.
Забен снова надолго замолчал.
— Ты как-то спросил, почему мы со Сталливаном на дух друг друга не переносим… Сталливан ходит по свету уже тысячу лет, спасая тех, кто нуждается во спасении, а я сызмальства даром своим тягощусь. Никогда не хотел я такой силы, потому и выбрал жизнь оседлую. Брат меня за то упрекал, дескать, сколько людей тянут ко мне свои руки, а я тут сиднем сижу, будто прирос к Опелейху. Не понять ему меня, а мне его. Не хотел я в чужие дела мешаться.
— Но ты ведь выкупил Оглоблю с Коромыслом! — про себя воскликнул Уульме.
— Выкупил, — согласился Забен. — Потому что увидел. Не увидел бы — и шагу б не сделал.
Уульме окончательно запутался.
— Я, Уульме, не спаситель. Не тому боги силы отсыпали.
Но с этим Уульме был не согласен:
— Я помнил о тебе всегда, Забен! Помнил в Даиркарде! Перед казнью я вспоминал тебя и просил богов воздать тебе за то, что ты сделал.
— Вот как? — вскинул бровь старик, и в голове его звучала насмешка. — Не Дарамата? Не Сталливана?
— И их тоже, — признался Уульме. — Но ты спас меня! Спас от рудников! Я помнил и буду помнить до конца своих дней.
Они оба замолчали, но Уульме вдруг понял, что не получил ответа на свой главный вопрос.
— Кто ты?
Забен усмехнулся.
— Слыхал сказ о Копельвере?
Уульме кивнул. Кто ж его не слышал?
— Копельвер — это я. А, знаешь, что еще занятно? И ты копельвер, Мелесгардов.
***
Карамер вытащил из маленького кожаного мешочка, висевшего у него на шее, гладкий блестящий камень. Всякий раз, когда ему было горько, страшно или тоскливо, а у хозяина Эрбидея это случалось с ним по многу раз на дню — он брал его в руки и подолгу грел теплом своих ладоней. Камень был от отца, которого мальчик почти не помнил.
Теперь же, идя вместе с Яхом, Кадоном и Васпиром, он вытащил камень не чтобы пожаловаться невидимому духу-охранителю, а чтобы обрадовать того.
— Я нашел друзей, — прошептал мальчик, касаясь камня губами, — и я больше не у Эрбидея-хозяина.
— Что это ты там бормочешь? — окрикнул его Ях, сердито сморщив лоб. — Только сумасшедших мне не хватало!
— Я говорю с отцом, Ях, — признался мальчик. — Я рассказываю ему о тебе.
Но старика было не так-то легко умаслить.
— С каким еще отцом? — подозрительно спросил он. — Не ты ли говорил мне, что сирота? Что один, словно перст на свете? А теперь и гляди — и отец у тебя есть, и мать найдется!
И он фыркнул от возмущения.
— Нет-нет! — сразу стал оправдываться Карамер. — Я и впрямь сирота. Моя мать давно умерла. А отец ушел в далекие земли, чтобы добыть там самоцветных камней из волшебной горы. Только ему не пришлось вернуться домой.