Избранные произведения. V том

С возвращением света Молли вдруг вспомнила нечто очень важное и окаменела, с головой уйдя в свои мысли.

Нейл что-то ей сказал, но она пребывала в прошлом, напрочь отключившись от настоящего.

Она вновь сидела на корточках в чулане мужского туалета, слушая Дерека Сотеля, наблюдая, как гриб зашивает разрез на черной, с желтыми точками оболочке…

Молли огляделась в поисках профессора.

Когда Нейл положил руку ей на плечо и мягко тряхнул, Молли спросила:

— Что здесь, черт побери, происходит? Где правда и есть ли она?

Она увидела Дерека на другом конце таверны. Он смотрел на нее… и улыбался, будто знал, о чем она должна думать. Потом отвернулся и заговорил с одним из сидящих за столом.

— Пойдем, — Молли направилась к Дереку. Нейл последовал за ней.

За редким исключением все, кто находился в таверне, были на ногах, ходили кругами, обменивались впечатлениями, ободряли друг друга, слишком взволнованные, чтобы сесть за столик или у стойки.

Большинство собак тоже вскочили с мест, кружили между столиками и людьми, обнюхивая пол. Возможно, их более всего привлекали запахи еды и пролитых напитков, но Молли задалась вопросом, а не ищут ли они исчезнувшую куклу.

Когда она добралась до Дерека, тот наливал джин в стакан с наполовину растаявшими кубиками льда и несколькими ломтиками лайма. Он тут же повернулся к ней, словно следил за ее приближением третьим глазом на затылке.

— Молли, Нейл, дорогие друзья, я уверен, что этот театр одной актрисы убедил вас, что Бахус и Дионисий — единственные боги, достойные поклонения. Так помолимся за то, чтобы в кладовой Рассела хватило джина и мы смогли наслаждаться им до последней смены последнего акта.

— Хватит трепаться, Дерек, — отрезала Молли. — Ты не такой пьяный, каким хочешь казаться. А если ты и пьян, ум у тебя достаточно светлый, чтобы отыграть положенную тебе роль.

— Мою роль? — Он огляделся, изображая недоумение. — А что, нас снимают скрытой камерой?

— Ты знаешь, о чем я.

— Нет. Боюсь, что не знаю. И я очень сомневаюсь, что ты сама знаешь, о чем говоришь.

Тут он попал в десятку. Она не знала, что тут происходит. Однако чувствовала все гораздо сложней, чем она думала, и их всех, и ее в том числе, хотят обмануть.

— В чулане, где мы наблюдали, как этот чертов гриб зашивает свою рану… сразу я этого не поняла, но ты процитировал Элиота.

Тень пробежала по его лбу, а в глазах что-то мелькнуло, и отнюдь не дружественное.

— Какого Элиота? — спросил он.

— Не нужно играть со мной в эти игры, Дерек. Т. С. Элиота.

— Никогда не интересовался стариной Т. С… Предпочитаю романистов, как тебе известно, особенно тех, кого называют мачо. Элиот для меня слишком утонченный джентльмен, я с такими дела не имею.

— Ты сказал: «Наши знания приближают нас к нашему невежеству».

— Неужели? — спросил он. И если в голосе насмешки не чувствовалось, то она определенно поблескивала в глазах.

— И фраза эта не очень-то складывалась с тем, что ты говорил раньше, но некоторую несвязность разговора я отнесла за счет джина, да и цитату узнала не сразу.