Защитница веры [litres]

Увидев эту пару, Мира сразу стала напоминать потихоньку закипающий чайник, но молча, повинуясь моему кивку, впустила обоих, тут же устроившись неподалеку, чуть за моей спиной якобы для того, чтобы заплести Марии волосы.

– Ваше высочество, – поклонились мужчины. Харакаш – как обычно, чуть сгибая спину, а сопровождающий его – в глубоком поклоне. – Я осмелился вызвать мастера Гойшека, он – видный, хоть и недооцененный бронник. Учитывая всю ситуацию, я предполагаю, что вам потребуется доспех… и ножны, – закончил мой наставник, покосившись на лежащий на столе меч.

– Разумно, – кивнула я. Ну вот, настала пора обзавестись своими собственными доспехами.

– С вашего позволения, ваше высочество, мне нужно снять мерки…

За моей спиной словно бы завелось гнездо гадюк, такой жуткий звук издала служанка.

– Нет уж, ни один мужлан не полезет своими рабочими ручищами к ее высочеству Эвелин!

Харакаш насмешливо цокнул, глядя на меня. Бронник стушевался – было видно, что ему самому крайне неловко от всей этой ситуации. Я почувствовала недовольство и уже собиралась весьма резко высказать Мире, чтоб она не мешала, как ее следующая фраза удивила всех, кто находился в комнате.

– Я не покушаюсь на ваше мастерство, Гойшек, но уж мерки со своей госпожи я смогу снять сама, не будь я дочерью Дируна из Гольштада!

У мастера меча и Гойшека не фигурально отвисла челюсть. Смотря на их лица, я покосилась на служанку, что явно довольствовалась произведенным эффектом. Это, впрочем, не помешало ей шустро выставить не сопротивляющихся мужчин за дверь, мило проворковав Гойшеку, что она принесет ему мерки завтра рано утром. Дверь захлопнулась, и я выжидающе уставилась на Миру.

– Ваше высочество, я с пяти лет, вплоть до замужества, помогала отцу в мастерской, поверьте, я знаю, как надо снимать мерки для изготовления доспеха. – Мира смотрела на меня прямо и открыто, уверенная в своих словах.

– Охотно верю.

Как интересно, дочь бронника стала королевской служанкой…

Вечер прошел практически по-семейному. Переодевшись в «домашнее», как я мысленно окрестила наряд из длинного шелкового платья с запахом фисташкового цвета и похожего фасона чуть более короткий халат из теплой шерсти, я все же засела за расчеты после того, как Мира сняла с меня мерки.

Мария перебирала обновки – моя служанка принесла свои старые вещи и часть легкой рукой подогнала на девочку прямо при мне. Отмытая, нормально одетая, она казалась вполне нормальным ребенком, которому просто очень-очень не повезло в этом жестоком мире.

Ширму, которой я хотела отгородить свою постель, обещали привезти только завтра, но меня это мало смущало – одну ночь поспим и без «зонирования жилой площади».