Интриган. Новый Петербург
- Автор: Чехин Сергей Николаевич
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Интриган. Новый Петербург». Краткое содержание книги:
И раз уж двум смертям не бывать, то он становится единственным выжившим, чье тело выносит к набережной Нового Петербурга. Огромного портового города в мире, где только что разгромили японцев, о коммунизме никто никогда не слышал, а Российская Империя колонизирует Северную Америку, загнав остатки штатовцев далеко на Дикий Запад.
Несмотря на это, город прозябает в коррупции, бандитизме и распрях знатных родов, чьи методы порой неотличимы от мафии. Да еще и просачиваются новости о новом наркотике, временно наделяющим колдовским даром.
Делают его из крови чародеев, которые уже начали пропадать, но кто именно виноват — неизвестно. Пять семей обвиняют друг друга, грозя утопить улицы в клановых разборках. Выжить тут непросто, но в молодом теле — душа и разум мастера интриг, шпионажа и боевых искусств.
— Да я не про ученого. А про его аппарат.
— Ну, нормальный у него аппарат. Хотелось бы побольше, но в целом я довольна. А к чему такие вопросы?
— Так… — вдохнул поглубже и собрался с мыслями. — Мне нужна портативная установка для просвечивания тканей лучами радиации.
— А-а-а… — послышался хлопок по лбу. — Ты про рентген? Так сразу бы и сказал.
—…
— Конечно, у меня есть такой аппарат. Я им заряжаю кофе Х-частицами. Бодрит — аж свечусь от переизбытка энергии. Рецепт Кюри подсказала — если хочешь, поделюсь.
— Николь.
— Да?
— Не заряжай кофе Х-лучами. Радиация вызывает рак и разбивает молекулярные связи в ДНК.
— Хм… Так вот почему кожа шелушится. А я думала, лишай. Уж загрустила, что больше не потискаю своих опоссумов. У меня целый выводок в мусорке. Привезти одного?
— Николь, привези, пожалуйста, аппарат в канцелярию. И побыстрее. Речь идет о слове на букву «м» и заканчивающегося на «д».
— Маскарад?
— Нет…
— Маслозавод?
— Николь…
— Материаловед? Медоед? Миокард? Сколько букв, какая вторая?
— Семь букв, вторая — «а».
— А-а-а… Ни слова больше, сейчас приеду.
Ученую пришлось ждать больше часа. Все это время я общался с Василием, но ничего нового не узнал. Юстас все хотел попробовать свои методы, но к счастью удалось убедить старика, что это — перебор.
Когда женщина наконец прибыла и разложила на столе объемистый саквояж, я отрегулировал спинку кресла так, чтобы пленник практически лежал, как на кушетке.
— Что это вы задумали? — с испугом проговорил налетчик. — Пытать будете?
— Не пытать. Изучать. Ты ничего не почувствуешь — просто лежи смирно и не шевелись.
— Легко сказать, начальник, — босяк часто задышал, а весь лоб покрылся мутным бисером.
Николь достала толстенную катушку размером с гильзу от танкового снаряда.
Подсунула под голову рамку с фотопластинкой, а над стремительно бледнеющим лицом закрепила колбу с контактами и ториевым стержнем.
Соединила провода и провернула тумблер реостата, постепенно увеличивая силу тока.
— Вот видишь — ничего страшного, — проворковала, наблюдая за аппаратом. — Главное — не шевелись.
— Да, мадам.
— И не болтай… Готово.
Николь достала пластину из рамки и поднесла на свет.
И, несмотря на крайне низкое качество, мы увидели крупные утолщения в сосудах — от гранатового зернышка до лесного ореха.
Похоже, газ оседал в холестериновых бляшках и начинал активно кристаллизоваться, при этом каким-то чудом не убивая носителя.
Иначе как магией такую методику и не объяснишь.
Я уж молчу про появление искусственного Дара, что вообще за гранью реального для этого мира.
С другой стороны, если бы средневековому алхимику показали рентгеновский аппарат, он бы подумал точно так же.
— Говоришь, их пичкают каким-то газом? — женщина скривила губы. — Любопытно, весьма любопытно…
— Начальник, — прохрипел арестант. — Что-то мне… хреново. Башка… горит…
Я посмотрел на мужика и невольно отшатнулся. Капли манорода раскалились настолько, что стали просвечивать без всякого рентгена. Красные угли становились все ярче, и сияние проступало сквозь кости и кожу.
— Начальник!
Бродяга забился в судорогах и корчах, изо рта брызнула кровавая пена, а глаза побелели, как у вареной рыбы.
Все это время излучатель оставался включенным, и, судя по всему, манород крайне нездорово реагировал на радиацию.
Я подскочил к столу и вырвал из катушки провода, но реакцию это не остановило.
Мужика все так же трясло, а голова напоминала раскаленный докрасна чугунный шар.
— Все вон! — заорал, окружая кресло земляным щитом. — Уходите!
Дважды повторять не пришлось. Юстас, Николь и стенографист пулей выскочили из камеры. Я не знал, какой силы будет взрыв, и есть ли вообще смысл куда-то бежать. Но аналогии с ядерной бомбой напрашивались сами собой, и я принял решение остаться и сдерживать атомное пламя магией.
— Гектор! — крикнула ученая с лестницы. — Бежим!
— Запри дверь!
— Но ты…
— Живо!
Она подчинилась, но полсантиметра стали вряд ли бы сильно помогли.
Поэтому я продолжал наращивать щит и превращать в керамический саркофаг над вышедшим из-под контроля реактором.
Я не мог поступить иначе, потому что последствия наших недальновидных опытов могли быть катастрофическими.
Если несколько килотонн рванут в центре города, о Новом Петербурге придется забыть на долгие годы.
Погибнут десятки тысяч, а враг моими руками устроит самый ужасающий теракт за всю историю обоих миров. И последствия будут непредсказуемыми.
Так что придется рискнуть.
Впрочем, мне ли не привыкать рисковать за Родину?