Валдар Много-раз-рожденный
- Автор: Гриффит Джордж
- Год: 1895
- Язык: русский
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Валдар Много-раз-рожденный». Краткое содержание книги:
Наш высокий бак возвышался над палубой адмиральской галеры. Я измерил расстояние и одним могучим прыжком перепрыгнул через острия копий, выстроившихся вдоль фальшборта. Когда я приземлился на палубу, старый боевой клич, который в последний раз эхом отдавался от стен тронного зала Тигра-Владыки, громко и яростно вырвался из моей груди, и лезвие моего топора пронзило щит, шлем и череп крепкого римского воина, который в ужасе отпрянул от моего дикого прыжка.
В следующее мгновение меня окружили. Мой добрый топор сверкал длинными широкими кривыми над моей головой, и в конце каждого поворота он попадал точно, и человек падал, чтобы никогда больше не шевельнуться. Клянусь славой Бэла, у них не хватало духу для таких сражений, у этих изнеженных воинов Греции и Египта с их жалким оружием и слабыми руками! Боги! Я мог бы сразиться с тысячью, если бы они захотели постоять за свою землю, но они не стали.
Им хватило коротких десяти минут. Позор им, они сломались и бежали, как овцы, а я, бросив щит оруженосцу, который к этому времени с отрядом абордажников с «Ибиса» последовал за мной, схватил топор обеими руками и гонялся за трусами вверх и вниз по палубе, смеясь и крича им, чтобы они остановились и сражались как мужчины, но с таким же успехом я мог бы кричать на свору собак на улице.
Наконец, сзади я услышал слабый крик: «Ахилла!» – и, обернувшись, увидел роскошного с головы до ног грека в великолепных доспехах, который держал перед собой огромный щит и крался ко мне с мечом. Три быстрых шага – и мой красный, мокрый от крови топор взлетел, но прежде чем он опустился, сердце труса растаяло, меч и щит со звоном упали на палубу, и он вскинул руки, плача и дрожа:
– Пощады! Пощады! Люди не могут сражаться с богами, я сдаюсь!
– Ах ты, шавка! – бросил я, опустив топор и положив руки на рукоять. – Трусливый пес и убийца! Где нож, пронзивший шею великого Помпея? Ты способен ударить царя в спину. Подними свой меч и щит, и покажи нам, как ты ударишь врага спереди!
Но трус не сделал ни малейшего движения в мою сторону. Он стоял, дрожа в своих величественных доспехах, и наконец, сумел выдавить из себя:
– Нет, я сдался, господин. Я и мой корабль – твои.
– Тогда, – сказал я, – если ты мой, прикажи своему капитану, чтобы он дал сигнал флоту сдаться вместе с тобой, или, клянусь глазами Иштар, я повешу тебя на твоей же мачте, и это и станет для них сигналом.
Чтобы спасти свою жалкую жизнь, трус подал сигнал, хотя, как оказалось, в нем не было особой нужды, так как все это время по всей линии бушевала жаркая битва, и то, на что мы рассчитывали, свершилось. Наши люди, охваченные триумфальным исступлением от зрелища моей схватки, сражались так, как никогда прежде, и по всем александрийским кораблям разнесся слух, что какой-то бог спустился на землю и сражается за Клеопатру.
Когда александрийцы увидели сигнал с мачты адмирала, они поверили, что их командир погиб и что мы захватили его корабль, как оно и было на самом деле, и многие галеры развернулись и бежали из боя, чтобы укрыться в фортах на реке. Увидев это, я приказал нашим людям связать Ахиллу и доставить его на борт «Ибиса», а рабов оставить, чтобы они могли доставить его тонущий корабль к берегу. Вернувшись на флагман, я отвел Ахиллу на корму, где меня ждала Клеопатра, целая и невредимая, но бледная и дрожащая от волнения.
– Вот мой первый подарок тебе, о царица! – воскликнул я голосом, охрипшим от крика и безумия боя, которое все еще горело в моей крови. – Это Ахилла, адмирал Египта и убийца великого Помпея. Он твой, и тебе решать, убить его или оставить в живых.
Я схватил его за шею и поставил на колени перед ней. Мгновенно выражение благоговения, нет, почти поклонения, с которым она приветствовала меня, погасло в ее глазах. Она выпрямилась и посмотрела вниз на дрожащего труса, от головы до пят царица и вершительница судеб.
– Такой пес не стоит даже того, чтобы его вешать, – произнесла она таким холодным и безжалостным голосом, что по мне пробежал холодок, как от порыва ледяного ветра. – Пусть принесет хоть какую-то пользу, прежде чем умрет. Посадите его на цепь к одному из весел, он поможет нам грести в Пелусий.
Это была горькая участь для того, кто всего час назад был адмиралом сотни галер. Даже мне на мгновение стало его жалко, но слово царицы было сказано, и его увели, плачущего и ругающегося, сорвали с него воинские доспехи и приковали голым к весельной скамье вместо раба, погибшего под ударами плети. Потом Клеопатра повернулась ко мне, а я стоял на корме весь в крови с головы до ног, как мясник, только что вышедший из скотобойни с красным от лезвия до рукояти топором, который я все еще держал в руке. Она сказала: