Наследница [litres]

– Есть у вас… несогласие с кланом Дзэ-у, господин Ши? – поинтересовался Кеншин.

Для чужаков – только первый слог имени, слог-оберег. С настоящим именем можно делать всё, что пожелаешь. С первым слогом – только получить колдовские травмы.

– У меня нет… несогласия с кланом Юичи, – дипломатично ответил Шичиро. – А ещё… не люблю, когда человеку не оставляют шансов. Двое против одного, заметно превосходящие силой. Насколько мне известно, ваш посланник только следовал своей дорогой.

– Как давно вы его встретили? – уточнил молодой господин.

– Я направлялся в город, заметил, как он выехал от поместья Шенгаев.

Поначалу Шичиро колебался, стоит ли упоминать их, но потом все же решил посмотреть на реакцию. Реакция не заставила себя ждать. Оба тут же насторожились.

Поэтому Шичиро невинно подлил масла в огонь:

– Жизнь в поместье с каждым днём становится всё насыщеннее. Скоро не останется и упоминания о летаргии клана Шенгай.

Кеншин быстро глянул на молодого господина.

– Вот как… А кто же сейчас всем управляет?

Шичиро крайне забавлял вопрос. Вряд ли Юичи не знали, кто именно взял бразды правления в свои руки. Иначе не отправляли бы посыльных. Но продолжил играть роль шамана, далекого от мирских вопросов.

– Понимаете… Пока у нас не возникало острой необходимости контактировать с Шенгаями. Видите ли, наша жизнь весьма оторвана от реальности.

– А если такая необходимость появится? – вкрадчиво поинтересовался молодой господин.

Шичиро сделал вид, что задумался. Отхлебнул чая, возвел глаза вверх, словно что-то просчитывая.

– А если появится, то Шаманы не будут терять времени.

– Господин Ши… – начал молодой господин, и его пальцы, удерживавшие пиалу с чаем, замерли. Сквозь пелену невидимости блеснул нефритовый перстень тягучей рёку. – Давайте вообразим, что необходимость появилась.

Шичиро заломил бровь.

Глаза в глаза. Непроницаемая тьма против черноты, пронизанной изумрудными искрами. И замершее на губах дыхание. Только слышно, как за окном шепчет ветер и шелестит листвой деревьев.

И остается только беззвучно поставить пиалу на стол, еле слышно звякнуть шаманскими подвесками и амулетами, разбивая окутавшую всех вязкую тишину.

Чуть улыбнуться уголками губ и мягко спросить:

– У вас есть конкретные предложения?

И поймать такую же улыбку напротив.

– До безумия конкретные, господин Ши. Клянусь Трёхруким.

…От Юичи Шичиро уходил очень быстро. Пояс оттягивал увесистый кошелек, в котором лежали ше, переливающиеся алой рёку. Ни Кеншин, ни молодой господин не смогли бы точно сказать, в какой момент бодро шагавший по улочке шаман слился с ночной тьмой в единое целое, скрывшись с людских глаз долой.