Мокрый не боится дождя

Нет, неспроста слова «верблюд» и «красота» имеют один корень: джамаль.

На кромки полок с продукцией прилеплены записочки. Сплошь на русском. В них пожелания счастья. «Ты ещё встретишь свою возлюбленную!» — начертано на розовом квадратике. В почерке без труда угадывается женская рука и …отзывчивая душа России.

Оставаться мужчиной в поиске — маркетинговый ход. На самом деле у Али имеется невеста. Остаётся только подкопить денег на свадьбу.

…По левую руку мастера призывно выгибает спинку скамья. Её удобству отдают должное и клиенты, и просто зеваки.

На этот раз к скамейке приближается господин, одетый более парадно, чем принято у среднестатистического иностранца, фланирующего по площади и менее всего задающего себе труд озаботиться своим видом — по крайней мере до вечера, когда он возжелает побаловать плоть гастрономическими изысками, а душу — музыкой и танцами.

По тому, с какой элегантностью господин присаживается на скамью и закидывает ногу на ногу, Али понимает: человек не из простолюдинов. И даже наличие обычного пакета вместо солидной барсетки из натуральной кожи не колеблет составленного мнения.

Переведя дух и оглядевшись, прохожий обращает на ремесленника благосклонный взгляд и здоровается. По-арабски. Произнесённое на родном языке приветствие поднимает господина ещё на несколько порядков. Как следствие — тот избегает обрушивающегося на каждого потенциального покупателя хвалу выставленному на обозрение товару. Деликатная пауза, выдержанная Али, оценена и другой стороной. Давая отдых утомлённым прогулкой членам, господин обозревает подходы к «Иль Меркато». Из чего Али делает вывод: прогулка сопряжена с определённой целью. Но даже ему, опытному соглядатаю, не удаётся её угадать. А тем временем из узкого прогала между отелем в стиле итальянского барокко и неработающим фонтаном возникает девушка европейского вида. Джентльмен резво поднимается со скамьи и…прикладывается к протянутой ручке.