Дюна. В кадре [Книга 3]

— Я не знаю, какой ты настоящий…

— Сейчас я настоящий, — пожал он плечами, и вновь усмехнулся.

— Почему ты смеешься? — я облизнула паштет с пальца.

— Интересная реакция на мою игру, — в его зеленых глазах мелькнула непонятная мне эмоция, а я вновь перевела взгляд на экран.

Ангер сквозь свои круглые синие очки смотрел на игрока. Он словно видел его карты.

— Интересный поединок, — тихо проговорил Иэн, бросая взгляд на экран. — Будучи новичком, он уже тогда легко обыгрывал профи в игры, за которыми те проводили всю жизнь.

— Сколько ты готовился к роли? — я вновь перевела на него взгляд.

— Почти год, — ответил Сомерс.

— И за этот год ты научился играть в покер.

— Да. Как Ангер.

— Так же агрессивно… — добавила я.

— Агрессивный стиль Стю давал ему большое преимущество. На этой игре он выдавливал соперников из крупных банков и к концу дня удвоил свой стек. А на финальный стол вышел большим чиплидером. Несмотря на то, что за столом было немало профи, Стю доминировал весь матч.

— Гений. В своем деле.

— В том числе…. - ответил он. — Многие объясняли феномен Ангера талантом, но дело было не только в нем. Стю имел феноменальную память. И даже кокс, который он употребял больше сахара, не был преградой. Однажды он поспорил на сто тысяч, что, поочередно открывая карты в стопке из шести колод, назовет последнюю карту. И точно угадал десятку бубен. Для него не составляло труда держать в уме все карты, которые выходили из игры.

— Так вот почему тебя забанили в казино за блекджеком! — воскликнула я, сложив два плюс два.

— Есть такое, — усмехнулся Иэн. — Я был “счетчиком”, чтобы натаскать игральную память.

— И для этого ты ездил в Лас-Вегас.

— Не всегда. В Беверли-Хиллс есть пара подпольных клубов строго для актеров, бизнесменов и бывших чемпионов с лудоманией. Через пару месяцев со мной никто не хотел играть. И я переключился на Вегас.

— Также как и с Ангером, — я кивнула в сторону экрана.

— Стю не упускал из виду ничего, подмечая каждую мелочь в игре и в поведении противника. Все это складывалось в понимание, когда соперник блефует, а когда имеет хорошие карты. Умение Стю читать оппонента было настолько ошеломляющим, что многие говорили “играть с ним — это все равно, что держать карты раскрытыми”.

— Зачем он играл?

— Удовлетворить жажду азарта, — пожал Иэн плечами, и я кивнула.

— Мне показалось, что за столом ты был Стю Ангером.

— Мы там были вместе с ним, — усмехнулся Сомерс.

— И он помог тебе выиграть.

— Да, — кивнул Сомерс.

Я вновь бросила взгляд на экран, где герой нюхал кокаин.

— И кокаин ты тоже начал употреблять для роли? — предположила я очевидное.

— Нет, — усмехнулся Сомерс. — Когда достигаешь определенного уровня, становится скучно.

— Даже не могу себе этого представить, — усмехнулась я.

— И не надо, — произнес он.

— В любом случае сегодня увижу, как борются со скукой.