Каледонский безумец

– Точно придумаю? – ты чуть не растаял от умиления.

– Конечно!

– Добро. Тогда ты беги к нашим, а я здесь посижу, подумаю. Может, действительно что-нибудь и придумается.

Мальчик припустил вверх по холму к празднующим. Ты проводил его взглядом в сумерки, строго погрозив пальцем какому-то крылатому проказнику из Маленького народца, увязавшемуся за ребёнком – наступало время-без-границ, и скоро большое волшебство снова на краткую пору пожалует в мир людей из Аннуина.

С пригорка, обрывавшегося в искусственный склон, обустроенный при прокладке торгового тракта, было хорошо видно того, кто стремительно по этому тракту перемещался. Ведь невозможно было даже в наступавших сумерках не увидеть белоснежную, почти серебряную лошадь, скакавшую во весь опор.

– Уж не гонится ли кто за ней? – сказал ты сам себе.

Но погони видно не было.

– Эй! – окликнул ты скакунью. Но она пронеслась мимо, даже не одарив тебя взглядом.

– А лошадь-то непростая, – снова произнёс ты вслух, в один прыжок оказался на тракте и припустил следом…

… – Уф! Вот я тебя и нагнал! – ты точно знал, что тебя не только слышат, но и понимают, ведь под тобой прижатой к земле лежала не кобыла, а красивая женщина. Бежать, правда, пришлось долго, поэтому, чтобы продолжить знакомство, нужно было немного отдышаться.

– Слезь с меня! – велела женщина-лошадь.

– И не подумаю. Я же тебя поймал.

– Слезь с меня, они уже близко!

– За тобой не было погони. Я бы заметил.

– Поздно! Они уже здесь!

Казалось, сотни рук-теней впились в белоснежное женское тело, принялись рвать на нём одежду, драть волосы. Беглянка из последних сил воспрянула из-под веса твоего тела и попыталась снова перекинуться в лошадь. Но тени держали её так цепко, что она оказалась не в силах сотворить волшебство.