Обретя крылья. Повесть о Павле Точисском
- Автор: Тумасов Борис Евгеньевич
- Год: 1984
- Язык: русский
- Год: Политиздат
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Обретя крылья. Повесть о Павле Точисском». Краткое содержание книги:
На ходу вагон вздрагивал и раскачивался. Поезд тащился к югу. На станциях и полустанках простаивал подолгу. Однако час за часом все ближе Киев, а оттуда до Житомира недалеко, конец пути, место их ссылки…
ГЛАВА 9
Дважды в неделю жандармский ротмистр Терещенко после восьми вечера являлся на квартиру, что на Обводном канале, зашторивал окна, зажигал висевшую под голубым стеклянным абажуром лампу и дожидался филеров.
Нелегальная квартира устраивала ротмистра вполне. В меру комфортабельная, в тихом, неприметном доме, — кто вошел, кто вышел, никто не видит. Было и еще одно обстоятельство, делавшее квартиру привлекательной для Терещенко. Хозяйка, жена акцизного чиновника, отлучавшегося из столицы по делам службы довольно часто, молодая, интересная особа, была не прочь пококетничать с господином ротмистром.
Сняв пиджак и повесив его на спинку стула, Терещенко развалился в мягком кресле, погладил ладонью чисто выбритое лицо.
В последние дни жандармского ротмистра снова заинтересовало дело Точисского, уже полгода отбывавшего ссылку в Житомире. А все началось со студенческой сходки в Технологическом институте, где, по доносу агента под кличкой Профессор, наибольшего внимания заслуживал Людвиг Брейтфус. Он призывал студентов поддержать борющихся рабочих и оказать им материальную помощь. Студенты собрали сто пять рублей, и пожертвованные деньги Брейтфус взялся передать в рабочую кассу. Какую именно, агент не узнал.
Людвига сразу брать не стали, но за домом установили слежку. Вскоре у Брейтфуса состоялась встреча с Марией Точисской, и ротмистр Терещенко затребовал материалы на Точисского и Лазарева.
На стол ротмистра легла пачка с делом на неизвестную «дочку». Интуиция подсказывала Терещенко: между Точисской и «дочкой» имеется прямая связь. Скорее всего, это одно и то же лицо. Ротмистр даже удивился, как ему раньше не приходило в голову вывести для опознания на Марию Точисскую агента Сюньку.
За окном сгустились сумерки. Жаль, весьма жаль — акцизный дома. А мадам недурна, весьма недурна… Да-с. Но, однако, дело главное. И жандармский ротмистр вернулся к прежним мыслям.
В свое время, передав материалы на Точисского и Лазарева в судебную палату, он чувствовал: следствие не окончено, не все раскрыто, но его торопили. Теперь Терещенко знал точно: с арестом Точисского поспешили…
Агенты висели на хвосте у Брейтфусов уже две недели. Братьев видели на Патронном заводе и в железнодорожных мастерских, но ни с кем, кроме Марии Точисской, они контакта не поддерживали. Вчера, как сообщил филер Федот, она зашла к Брейтфусам, а оттуда направилась домой.
Размышляя о слежке, ротмистр чувствовал себя как на охоте, когда дичь на мушке, стоит лишь спустить курок. Завтра к исходу дня ротмистр сделает выстрел. Но прежде агент Сюнька должен подтвердить, являются ли Мария Точисская и «дочка» одним и тем же лицом…
Робкий стук развеял видения Терещенко. Дверь приоткрылась, и в комнату заглянул филер Федот.
— Ну-с, не топчись гусаком, выкладывай, — нахмурился ротмистр.
— Ваше скародие, весь день протолкался в наблюдении. Никого из сомнительных не обнаружено, и девица Точисская ни с кем не встречалась.
— Может, ты пиво отлучался пить?
— Никак нет, ваше скародие, — обиделся Егор Зиновеич, — мы-с понимаем свою службу. А вот к вечеру девица Точисская снова отправилась к студентам.
— К Брейтфусам?
— Так точно, и покинула их квартиру с тяжелой сумкой.
— Все?
— Так точно, ваше скародие.
— Пшел вон…
Терещенко раздраженно встал, ничего нового этот Федот не разнюхал. Нечего тянуть, завтра — обыск у Брейтфусов, а к вечеру арестовать Точисскую.
В ожидании ротмистра жандармы укрылись в подворотнях. Унтер, командовавший ими, нетерпеливо поглядывал на часы. Смеркалось, а ротмистр задерживался.
Филеры Федот и Сюнька затаились в подъезде дома на противоположной стороне улицы. Отсюда им хорошо видно, кто выйдет или войдет к Брейтфусам.
Сюнька сияет. Ему показали Точисскую, и он без труда узнал в ней пропагандистку с Нового адмиралтейства.
Из дома, за которым наблюдали агенты, вышли три студента, сели на извозчика, Федот и Сюнька засуетились: ну, как упустят? Вскочили в проезжавшую мимо пролетку, помчались следом. Унтер подал жандармам знак — и все остались на своих местах. Вскорости прикатил Терещенко. Черный кожаный верх коляски поднят. Сытые кони остановились у подъезда. Застучав сапогами по булыжной мостовой, подскочил унтер, доложил. Ротмистр выслушал с интересом. До возвращения агентов обыск временно велел отложить. Сказал унтеру: