Я — ваш король

— Это хорошо, потому что я собираюсь назначить вас главным казначеем и вверить заботу о королевской казне. Я вижу, вы согласны, но учтите, любая сумма, размером более десяти флоринов, прежде, чем быть потраченной, должна согласовываться со мной. Первым делом, приступив к своим обязанностям, проведите ревизию и скажите мне, какими средствами казна располагает и какие поступления в неё ожидаются.

— Я всё сделаю, Ваше Величество, — с достоинством кивнул головой барон Аксель.

Следом я назначил печатника и мажордома, который смотрел бы за дворцовым хозяйством. На этом кадровые перестановки закончились, и мы перешли к собственно, застолью. Завершилось оно через пару часов. Распустив аристократов, я некоторое время сидел на кресле один, раздумывая о дальнейших действиях. Потом с кряхтением встал, направившись к выходу, среди прочего, было у меня одно нерешённое дело, которое нежелательно было откладывать.

Выяснив у прислуги местонахождение Эллины, я направился к ней. За мной беззвучно следовали двое пехотинцев в лёгкой броне и с мечами, правда, в отличие от старой охраны, эти двое держали мечи в ножнах. Дочь покойного герцога содержалась в просторной комнате этажом ниже. У дверей стоял солдат с алебардой, который поприветствовал меня сдержанным кивком головы в каске.

Войдя в комнату, я увидел, что девушка стоит, замерев и смотрит в окно, откуда видно было кусок города. Даже со спины видно было, что она сильно напугана. Действительно, ей уже рассказали, что произошло, что её папа, бывший первым министром, пытался убить короля и уже казнён, а теперь, надо полагать, пришли за ней, чтобы вести её на пытку или сразу на плаху.

— Эллина, — тихонько позвал её я.

Она вздрогнула и медленно повернулась.

— Айкон, — она сначала обрадовалась, потом расстроилась, а потом снова испугалась.

Я подошёл поближе.

— Ты в порядке? — спросил я, понимая, что вопрос глупый, девушка лишилась отца, и сама сидит взаперти.

— Да, я здорова, если ты об этом. Только я ничего не помню, а эти люди рассказали страшные вещи. Мой отец мёртв?

Я кивнул.

— Его слишком опасно было оставлять в живых, после попытки покушения на меня, мы быстро провели суд, и я утвердил приговор. Теперь, когда допросили остальных участников заговора, я понимаю, что поступил правильно.

— А я? Что будет со мной? — страх её и не думал проходить.

— Знающие люди говорили, что тебя тоже стоит допросить, — честно сказал я, — но я запретил им это делать, думаю, ты к заговору непричастна. Ведь так?

Последние слова я произнёс с нажимом, никто её в пыточную не потащит, но хотелось бы знать степень вовлеченности.

— Отец говорил, — на глазах её появились слёзы, — что мне нужно потерпеть, он говорил, что ему жалко отдавать меня такому королю, но нужно потерпеть. Только один год, или два, пока не родится наследник, а потом…