Клятва любовника [ЛП]

— Мне важно. — Он стянул с нее покрывало. Обнаженная Джулс. Какая красота. Увидев, куда устремлен его пристальный взгляд, она свела бедра вместе. Слишком поздно.

— Тебя беспокоит, что мне нравится смотреть на тебя там?

Она издала тихий смешок.

— Поздновато для беспокойства, не находишь? Особенно после этой ночи.

Тут он должен был с ней согласиться. Ночью он делал больше, чем просто смотрел. Он прикасался, пробовал, проникал внутрь, как помешанный от похоти маньяк. Он хотел посмотреть, как долго сможет оставаться твердым внутри нее и сколько раз они смогут кончить. И, кстати, о том, чтобы кончить...

Он потянулся к ней, стал ласкать ее между бедер пальцами, а затем, скользнув внутрь, принялся поглаживать клитор. Прикосновение к ней там посылало эротические ощущения к кончикам его пальцев.

— Какого черта ты делаешь?

Что за нелепый вопрос? Ее голос звучал прерывисто, дыхание сбилось, а ноги чуть раздвинулись, давая ему лучший доступ.

— Использую пальцы, чтобы превратить раздражающую боль в приятную. М-м-м, ты такая мокрая.

— Ты, правда, думал, что я буду другой?

Нет, он так не думал. В основном, это доказывало, что она не выкинула его из головы, как и он ее. Очевидно, одна ночь ничем не помогла. И когда она издала хриплый стон, он понял, пришло время перейти на следующий уровень.

Далтон потянулся к тумбочке, где было разложено несколько упаковок презервативов. Одни — его. Другие — ее. Схватив один, быстро натянул на себя. С настойчивостью, о которой и не представлял, но от которой отказывался отступать, он придвинулся к ней и накрыл своим телом. Взяв ее руки, завел их ей за голову, отчего ее роскошные груди приподнялись, оказавшись на одном уровне с его губами.

Не прерывая зрительного контакта, Далтон вошел в нее, широко растягивая и глубоко погружаясь. Впервые в жизни он по-настоящему ощутил в женском чреве жар, и это подтолкнуло его двигаться, входить в нее. Жестко объезжая.

— О-о-о, Далтон...

Джулс обвила ногами его талию, и он почувствовал, как кончики ногтей впились ему в спину после того, как отпустил ее руки. Он уставился в ее глаза, остекленевшие от вожделения и потемневшие от желания. Мысль о том, что она все еще хотела этого, нуждалась в этом так же сильно, как и он, одновременно воодушевляла и заставляла его испытывать чувство собственничества. И кое-что еще. Страсть. Глубокую страсть.

В этот момент ему больше всего на свете хотелось поцеловать ее. Скользнув языком между приоткрытых губ, он начал поглощать ее рот с жадностью, которую испытывал только к Джулс. И то, как она отвечала на поцелуй с такой же страстью, как и он, — разрушало его связь с реальностью.

Ему нравился ее вкус, и Далтона вполне устроило, если бы поцелуй не прекращался, но необходимость дышать делала это невозможным. В момент, когда он оставил ее рот, Джулс резко вдохнула, а когда выдохнула, его имя прерывистым шепотом слетело с ее губ.

— Я больше не выдержу, — продолжала шептать она.

Он тоже не был уверен, что сможет продержаться еще хоть немного, но что-то внутри заставляло его пытаться. Решив дать ее рту передышку, он склонил голову к ее груди и втянул затвердевший сосок. Его пронзили ощущения, и он принялся усердно сосать, пока брал ее снова и снова.