Возвращение к жизни
- Автор: Беломестнов Евгений Тимофеевич
- Год: 1986
- Язык: русский
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Возвращение к жизни». Краткое содержание книги:
Еще в начале октября сорок третьего Иван Кибаль был назначен замполитом во второй батальон вместо раненого капитана Борисова. Вскоре выбыл из строя и комбат. Офицеров в полку не хватало, и Кибалю пришлось какое-то время совмещать две должности — командира и замполита.
К тому времени плацдарм за Днепром устоялся, передний край обрел четкие очертания. Но бои не утихали, и один из них стал для Ивана самым трудным и памятным.
Некоторые сведения об этом бое «местного значения», как тогда сообщалось Совинформбюро, мне поведал замполит полка майор Алдатов, с которым мы ждали на переправе попутную лодку. Оказии долго не было, и лишь к полуночи подвернулась лодка связистов.
Добравшись до правого берега, мы переночевала у минометчиков, а с утра пошли на КП полка знакомой дорогой — по широкому и глубокому оврагу, густо заселенному тыловыми подразделениями.
— Постой, — Алдатов приостановился, прислушиваясь.
Справа, в серой гряде облаков, нарастал тугой, с громыханием, гул. И вот уже «юнкерсы» тройками заходят над оврагом. Ну, держись! Карабкаемся на обрыв, раздирая руки о колючки кустарника, на кромке оврага втискиваемся в узкий окопчик. А внизу — ад кромешный, столпотворение…
Но вот отбомбились, улетели. Спускаемся вниз. Гарь, острый запах взрывчатки, стоны раненых, суетня санитаров.
Алдатов сворачивает к штабу полка, а я иду дальше, в батальон. И вижу: землянка Кибаля разворочена взрывом, стояками торчат бревна. Екнуло в груди.
Но Иван оказался целехонек: не успел добежать до землянки, залег в щели. Правда, и тут его завалило. Выбрался черный, как цыган, только зубы блестят и глаза смеются. Сплевывая песок, шутил: «Живы будем — не помрем!»
Кибаль рассказал о действиях батальона в окружении лишь в общих чертах. Пришлось опрашивать других участников боя.
…Второго ноября Кибаля вызвал новый командир полка майор Каснер. Ставя боевую задачу батальону, Михаил Прохорович едва ли сам знал об ее подоплеке. Это уже позднее стало известно, что решение было принято на более высоком уровне. В те дни проводилась фронтовая операция по освобождению Киева с Лютежского плацдарма, севернее столицы Украины. И, чтобы отвлечь противника, видимо, был задуман этот демонстративный бой.
Возвращаясь в батальон, Кибаль досадовал на погоду. Дня два, как похолодало. Ну, прихватил бы морозец! А тут все перемешалось: то нудный, въедливый дождь, то мокрый снег. Траншеи расквасило — грязь по щиколотку. Промокшие бойцы, отстояв смену в ячейках, спешат в землянки, обсушиваются у печурок, ругают на чем свет «эту прорву».
Кибалю все еще слышится чеканно-непреклонный голос командира полка: сбить боевое охранение противника, ворваться в его окопы, как можно дальше продвинуться в глубину, занять высоту, организовать круговую оборону… И держаться, держаться!
На своем КП он застал парторга батальона младшего лейтенанта М. Н. Каверзина и командира пулеметной роты старшего лейтенанта И. Н. Афонина.
— Ротных, командира взвода ПТР — ко мне! — приказал Кибаль ординарцу.
Когда все собрались, комбат-замполит сообщил о полученном приказе и поставил задачу на подготовку атаки.
— Лучшего времени не выбрали, — пробурчал командир четвертой роты. — Завязнем в грязи.
Кибаль ожег его взглядом:
— В грязь лицом можно ударить и в ясную погоду. А в такую немцы едва ли нас поджидают… Так что, с одной стороны, вроде плоховато, а с другой — выгода. Всем по местам! Готовить людей.
И сам пошел в окопы — поговорить с бойцами, настроить на бой: это вошло в его привычку, стало неизменным правилом. Он всегда чувствовал себя политработником.
Батальон рванулся вперед после артналета полковых батарей на высоту. Стреляя на ходу, роты смяли боевое охранение немцев и ворвались в первую линию траншей. Не давая врагу прийти в себя, захватили вторую линию окопов. Кое-где дело дошло до рукопашной, пошли в ход гранаты… Но высота была отвоевана у гитлеровцев.
Старший лейтенант Кибаль отдал распоряжение: не мешкая, приспособить позиции к круговой обороне. Однако не минуло и получаса, как немцы пошли в контратаку: смириться с потерей важного рубежа они явно не хотели.
Хмурился полдень. Серое небо высеивало мелкий дождь вперемежку с мокрым снегом. В этой белесой завесе размывались, смазывались темные фигуры наступающих гитлеровцев. Они приближались, то залегая, то вновь поднимаясь неровной цепью. Надвигались молча, без стрельбы, с тупой решимостью. И батальон замер, словно остерегаясь нарушить отяжелевшую тишину. Рядом с Кибалем в сыром, осклизлом окопе стоит младший лейтенант Каверзин.
— Слышите? — не оборачиваясь к Ивану, спрашивает он. — Снежинки шелестят…