Сказки английских писателей
- Автор: Рескин Джон, Теккерей Уильям Мейкпис
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Лениздат
- Жанр: Сказки народов мира
Электронная книга - «Сказки английских писателей». Краткое содержание книги:
Но их величества питали слишком большую нежность к своему летучему детищу, чтобы обращаться с ним по равно жестокосердным методам обоих мыслителей. Видно, и впрямь в этом случае глубочайшее понимание законов природы оказывалось бесполезным. Принцессу невозможно было соотнести ни с чем известным науке. Разве что с пресловутой таинственной квинтэссенцией, во всем остальном неотличимой от обычных тел.
VIII. А как насчет влаги?
Возможно, принцесса исцелилась бы, если бы пала жертвой чар Амура. Хотя это еще вопрос: может ли пасть тот, кто вообще не падает? Но принцесса была полная невежда по части чар Амура: она даже не подозревала, что таковые чары существуют. Оставим эту тему, тем более что я горю желанием рассказать одну прелюбопытнейшую вещь.
Королевский дворец был построен на берегах прекраснейшего озера в мире. И принцесса любила это озеро больше, чем отца с матерью. Тайна этого пристрастия была проста, хотя принцесса сама её не разумела: входя в воду, она обретала естественный дар, которого так злостно была лишена, — а именно свой вес. Как это было связано с обстоятельствами преступления, при котором была использована вода, не знал никто. Но зато все знали, что в воде принцесса плавает и ныряет, как уточка, и старая нянька только уточкой её и звала. А обнаружилось это облегчение её печалей следующим образом.
Однажды летним вечером во время всеобщего карнавала король и королева отправились покататься по озеру в королевской ладье и взяли с собой принцессу. Следом плыл целый флот — королевскую чету сопровождал почти весь двор. Посреди озера принцесса пожелала перейти на ладью первого министра, где находилась дочь первого министра, которую принцесса весьма отличала. Король редко позволял себе показывать на людях свою беду, но, будучи по случаю прогулки в отменно добром расположении духа, подхватил принцессу на палец и, когда ладьи сблизились, наклонился, чтобы передать дочь первому министру.
Наклонился, потерял равновесие и рухнул на дно своей ладьи, перестав быть опорой для принцессы. И частично сообщив ей движение своей персоны, направленное вниз. Но чуть-чуть в сторону. Король-то упал на дно ладьи, а принцесса угодила мимо. И со взрывом восторженного хохота погрузилась в воду. Крик ужаса раздался над озером. Принцессу потянуло вниз — неслыханное дело! Миг — и половина всех мужчин оказалась под водой. Все они, один за другим, вынырнули на поверхность, хватая воздух, и тут — бинь-бинь-буль-ха! ха! ха! — издалека с воды донесся смех принцессы. Она плыла, как лебедь. И поскольку была донельзя упряма, не отзывалась ни на зов отца и матери, ни на уговоры первого министра и его дочери.
И в то же время, как всем показалось, она повела себя мягче, чем обычно. Возможно, потому что от великого удовольствия на некоторое время перестала смеяться. И после этого случая принцесса при первой же возможности стремилась забраться в воду и ни о чём другом думать даже не хотела. И чем дольше длилось купанье, тем лучше она вела себя потом и тем прелестней выглядела. Ей все равно было, что на дворе: лето или зима, — просто зимой, когда для неё специально готовили прорубь во льду, она купалась не так подолгу. А летом, что ни день, с утра до вечера её можно было увидеть на озере. Как белую черточку на синей глади. То лежащей спокойно, словно тень облачка, то носящейся по волнам, словно дельфин: то исчезнет, то мелькнет где-то в стороне, то совсем будто пропадет вдали. Будь её воля, она и ночами плавала бы в озере. Окно в её комнате выступало фонарем над глубокой заводью, и через мелководный проход в камышах она могла бы выплыть на раскинувшуюся водную гладь, и — никаких посторонних взоров. И впрямь, когда ей случалось ночью проснуться и увидеть лунное сияние над озером, она едва удерживалась от соблазна. Удерживало её лишь одно печальное обстоятельство. Как некоторые дети боятся воды, так принцесса смертельно боялась воздуха. Легчайший порыв ветра мог унести её прочь, а такой порыв может случиться даже в самую тихую погоду. И стоит ей нечаянно оттолкнуться от воды так, чтобы хоть на миг потерять касание с ней, она окажется в ужасном, беспомощном положении, отданной на волю ветра.
Поэтому самое большее, что она могла себе позволить, это в ночной рубашке поплескаться при луне под самым окном, причем на привязи и под чьим-нибудь присмотром.
«Ах если бы мне обрести мой вес, — думала она, глядя на воду, — я бы так и метнулась из окна вниз головой в мою милую влагу, как огромная морская птица! Эх!»