Сладкое искушение [ЛП]

Голова гориллы отвратительно воняет, да и внутри этой проклятой штуковины невыносимо жарко. Весь на нервах и в отсутствии вентиляции, я ужасно потею. Сквозь сетчатые отверстия для глаз я поглядываю на толпу. Сюда пришло, должно быть, не менее нескольких сотен человек, и все, чтобы посмотреть на выступление пяти групп. Мы сегодня не играем, хотя уверен, Радж, Майкл и Беннет где-то здесь.

Я напрягаю зрение, чтобы отчетливо разглядеть каждое лицо на этом поле. Мне интересно, какой костюм она выбрала. Мне она представляется этаким сексуальным ангелом — иронию мы оставим при себе.

Взгляд мой останавливается на взъерошенной светловолосой голове Джея. У него на глазу повязка, а на плече фальшивый попугай. Рядом с ним стоит невысокая зеленая ведьма в мерзком черном парике и в остроконечной шляпе. С мерцающим в области груди знаком, который среди всех присутствующих вижу один я. Сам себе ухмыльнувшись под прикрытием костюма, я начинаю успокаиваться.

Она пришла.

Я не собираюсь приближаться к ней. Я уже даже не уверен в том, что она ко мне испытывает. Слишком многое могло измениться за два месяца, особенно, учитывая, как я отверг ее. Она заслуживает лучшего.

Внутри начинает полыхать, стоит подумать о Копано. Да так, что мне хочется сорвать голову гориллы и вдохнуть воздуха, но я не в настроении показывать свою личину кому-то, кроме Анны.

Вполне возможно, что Коуп — единственный человек на земле, достойный Анны, но будь я проклят, если отдам ее ему. Стать ее возлюбленным — вот чего я хочу больше всего. Меня изводят фантазии о невозможном. О желаниях, которые не осуществить. Опасные мечты.

Теперь я смотрю только на Анну. Вот она бросает на себя взгляд, а вот смущенно скрещивает руки на груди, ей неуютно в обтягивающем черном платье. Мне предоставлен великолепный обзор на ее профиль. Взглядом я ласкаю контуры спины, переходящей в талию, затем округлую попку. Внутри рождается одурманивающее желание. Какое счастье, что мой чертов костюм такой просторный.

В голове немного проясняется, а пульс пускается вскачь, едва я замечаю, что она смотрит на меня. Узнала. Я не шевелюсь. Мы смотрим друг на друга, кажется, целую вечность, прежде чем она машет мне. Этот простой жест наполняет меня радостью. Я поднимаю лапу и усмехаюсь, видя ее улыбку. Но тут я замечаю девушку, которая хватает Анну за руку и что-то говорит. Я напрягаю слух.

— … Кому ты машешь? — спрашивает девушка. На ней провокационный костюм Минни Маус.

— Э-э, вон той мартышке, — говорит Анна. — Он, кажется, смотрит на нас.

Поправочка, милая. Я смотрю только на тебя.

Они обе поворачиваются ко мне в ожидании, так что я поднимаю руку и чешу себе под мышкой, что вызывает у них смех. Кажется, это та девушка, что танцевала вместе с Анной на вечеринке в том домике у озера — как давно это было. До сих пор приятно вспоминать, как я увел ее у того идиота и его выражение лица. Одно из любимейших моих воспоминаний.