Граф [СИ]

Только Домиан не разделял их скепсиса.

Он видел, что случилось ночью. И понимал – Андрей что-то задумал. И все это – лишь для отвода глаз. Но что? Испанец этого не понимал. Не мог зацепиться ни за какой из привычных вариантов.

XVI век – это период, когда в Европе в полный рост стоял очередной кризис осад в бесконечной борьбе защиты с нападением. И если что-то брать и удавалось то, преимущественно старые крепости, вроде Литовских или особенно Ливонских, непригодных для противостояния артиллерии. Либо посредством огромного напряжения сил и под большую удачу. Посему, более-менее достойные крепости предпочитали брать «осликом, груженым золотом» или какими-то иными хитростями[53].

И Дамиан – старый вояка – хоть и не видел ситуации с высоты эпох, но понимал всю сложность крепостного взятия. Ибо сам участвовал. В том числе в весьма неприятных столкновениях во Фландрии и Италии. Посему, видя такую уверенность в успехе, со стороны Андрея, он мог биться об заклад – он подготовил какую-то уловку. Но какую?..

Полковой священник освятил ящики с дымовыми шашками. И католики с муллой их благословили…

Андрей же долго и усердно молился о них про себя. То есть, сидел перед ними на коленях, закрыв глаза и беззвучно шевелил губами.

Довольно странное действо. Однако рвение и усердие, с которым он это делал, заметили все. Обычно он в вере не рвался впереди всех, выполняя разумный минимум ритуалов. Да и в двоеверии его много кто подозревал. Так что это поведение удивило весь полк.

А ночью, как стемнело, начался новый акт этого цирка с конями. Бойцы, отобранные Андреем еще осенью, выступили к крепостной стене. Он отбирал их по тому, как быстро и легко они осваивал фустибулы. Это такие пращи на палке, возникшие в поздней Античности. В отличие от обычных пращей фустибулы имели очень низкий порог вхождения и обладали больше дальностью эффективного броска. С ними отобранные ребята и упражнялись, старательно практикуясь с забрасыванием муляжей шашек через стену, которую имитировал горизонтальный массивный сук высокого дерева.

С каждым таким метателем шло по небольшой группе поддержки.

Боец с закрытым фонарем, от которого шашки дымовые и планировали зажигать. Два бойца с большими плетеными щитами, которыми они прикрывали огонь, скрывая его от наблюдения. И двое носильщиков шашек.

Эти изделия поджигали. Давали разгореться и незамедлительно метали, ориентируясь на силуэт стены, подсвеченный фонарями. А потом спешно отходили в сторону, чтобы по ним на удачу никто не пальнул или стрелу не пустил.

Шашки были упакованы в клееный цилиндрический корпус из тканевой полосы. Внутрь него туго вставляли толстую оплетку из хлопчатобумажной ткани, привозимой откуда-то из средней Азии. Причем оплетка эта тщательно пропитывалась насыщенным раствором селитры с мылом. С заднего торца оплетка зашивалась. С переднего – края – затыкалась небольшой пробкой из куска оплетки. А перед ней ставился специальный запальный «патрон» из пороха в пропитанной воском бумаге. Вот с его-то и использовали для быстрого розжига шашки. Маленькая же пробка между запальным «патроном» и спец. составом, давала небольшое замедление. Что позволяло не вводить бойцам противогазы, дабы сами не надышались.