Григорий Распутин. Россия под гипнозом

«Минут через 15–20, как я возвратился на пост, ко мне подошёл упомянутый выше Бужинский и заявил, что меня требует к себе князь Юсупов. Я пошел за ним, и он привел меня через парадный подъезд дома № 94 в кабинет князя. Едва я переступил порог кабинета (находится влево от парадной, вход с Мойки), как ко мне подошел князь Юсупов и неизвестный мне человек, одетый в китель защитного цвета, с погонами действительного статского советника, с небольшой русой бородой и усами. Имел ли он на голове волосы или же был лысым, а также был ли он в очках или нет, – я не приметил. Этот неизвестный обратился ко мне с вопросами: «Ты человек православный?» «Так точно», – ответил я. «Русский ты человек?» «Так точно». «Ты меня знаешь?» «Нет, не знаю», – ответил я. «А про Пуришкевича слышал что‐либо?» «Слышал». «Вот я сам и есть. А про Распутина слышал и знаешь?» Я заявил, что его не знаю, но слышал о нем. Неизвестный тогда сказал: «Вот он погиб, и если ты любишь Царя и Родину, то должен об этом молчать и никому ничего не говорить». «Слушаю». «Теперь можешь идти». Я повернулся и пошел на свой пост. В доме была тишина, и, кроме князя, неизвестного и Бужинского, я никого не видел»[158].

Показания Власюка также чрезвычайно ценны: во-первых, он сообщил, что Распутина убили; и во-вторых, назвал первых подозреваемых, которых следовало срочно разыскать и допросить.