Дюна. В коллекции. Книга 1

Мужчины никак не отреагировали, а я покраснела и смутилась, в очередной раз ловя себя на ощущении, что рядом с Коулом я пребывала в перманентном состоянии “сыворотки правды”. Даже мои мысли, пусть и под воздействием кальяна, проступали наружу.

— Я не думала, что произнесла вслух. Прости… Это Бодлер. “Цветы зла”, - ответила я, и понимая, что Лин интересен сам текст, перевела его прозой на английский, все еще чувствуя как мой голос и рифма витают над столом, смешиваясь с кальянным дымом.

— Красиво, — улыбнулась Лин.

— Кантонский тоже очень красивый, напевный, — ответила я.

— Хочешь, научу? — внезапно предложила она, и мои брови поползли вверх и от удивления, и от радости.

— Это будет для меня подарком, — закивала я, искренне желая поучиться чему-то новому, даже несмотря на то, что мое пребывание в Гонконге было лимитированным. — А я тебя могу поучить французскому… — предложила я, и Лин кивнула.

— Тогда завтра договоримся, — шепнула она, а я, все еще тушуясь и желая уйти от этого “французского казуса”, перевела взгляд на игру Коула и Ханга.

— Игра в го очень сложная?

— Правила простые, но стратегия сложная, — ответила Лин, а я, наблюдая за игрой, вновь спросила:

— Идет на время, как в шахматах?

Лин ответила жестом “когда как”, мужчины, казалось не отреагировали на мой вопрос, но мой голос вновь завис в тишине над столом, как и кальянный дым, и я вновь покраснела.

— Блиц быстрый, — внезапно Коул, продолжая выстраивать очередной узор.

Я была удивлена, что он ответил, потому что до этого игнорировал мои вопросы.

— Что такое блиц в игре го? — аккуратно спросила я у него, ухватившись за возможность разузнать побольше, а в последствии, может быть, и научиться этой игре.

— Вместо захвата территории убиваем камни.

— Убиваете камни? — с интересом спросила я, вспоминая слова Лин о жизни и смерти фишек.

— Кажется, это называется атари. Когда остается только один шаг до капитуляции, — вступила в разговор Лин, и, судя по тому, что мужчины её не поправили, она не ошиблась.

— То есть, что-то сродни шаху в шахматах… — предположила я и, увидев кивок Ханга, продолжила: — А как убивают камни?

Коул некоторое время молчал, однако, сделав ход, пояснил.

— Один из основных принципов в го — захват территории. Дамэ — это точки свободы. Дыхательные пункты, — и он обозначил пальцем комбинацию, где черные фишки в окружении белых имели возможность разрастаться. — Группа камней, которая не теряет свое дыхание — называется живой. Фишки, лишенные возможности ходить, снимаются с доски.

Я внимательно слушала Коула, старалась не пропустить ни слова и отмечала, что в дыме кальянной его голос казался умиротворенным, несмотря на безэмоциональный и лаконичный ответ.

— Жизнь и смерть камней… — задумчиво произнесла я, наблюдая, как Коул преграждает путь белым фишкам.

— В следующий раз я тебя все-таки обыграю, — усмехнулся Ханг, признавая свое поражение, и я улыбнулась, ловя себя на мысли, что болела за Коула и радовалась его победе.