Вероломное сердце Рейзора [ЛП]

— Ты попал… в мой черный… список, — прошептала она, закрывая глаза, погружаясь в сон от пластыря со снотворным и истощения.

Рейзор присел на корточки и улыбнулся, глядя на её расслабленное во сне лицо, с одной стороны испачканное засохшей кровью, с грязными разводами от слез, покрывавших её сливочного оттенка кожу, но ничего красивее он не видел в своей жизни. Воин поднял дрожащую руку, чтобы погладить её по щеке.

Он положил голову рядом с её и слушал, как она дышала. Прикрыв глаза, он подумал о том, как она отреагирует, когда поймет, что он намерен во что бы то ни стало обеспечить её безопасность. После всего, что случилось… он с содроганием вспомнил, как нож пронзил её тело.

Он отстранился и коснулся теплой ладонью её щеки. Ощущение её теплой кожи, тихого дыхания, то, как поднималась и опускалась её грудь, успокоили его — она жива. Когда Рейзор увидел, как Колберт всадил в неё нож, кровь застыла в жилах у немало повидавшего воина. С того места, где он стоял, казалось, что ей попали в самое сердце. Разъяренный рев Дестина только усилил его страх. Рейзор кинулся к Кали в отчаянной попытке добраться до неё, когда она соскользнула вниз по каменной колонне.

— За те несколько недель, что мы знакомы, я испытал больше страха, чем за всю прошлую жизнь, — прошептал он, нежно поглаживая её волосы. — Твой брат думает, что ты не простишь нас за желание защитить. Но я предпочту столкнуться с твоим гневом, чем потеряю тебя, да и твой брат тоже. Ты не понимаешь, насколько нам дорога, моя фи'та. Для воина Триватор найти свою амате, а затем потерять её — боль, которую не стерпит ни один из нас. Ты слишком храбрая, слишком гордая, слишком драгоценная, и поступаем так мы ради твоего же блага. Надеюсь, когда-нибудь ты простишь нас… за то, что любили тебя и не дали погибнуть, — прошептал он.