Дикая и опасная

Э-э-э, Верден успел наябедничать или куратор как-то по-другому узнал, что к чему?! Меня ж вчера весь день не было в общаге…

— Пятнадцать минут, и жду в кабинете. — Голосом, не подразумевавшим возражений, объявил он и отключился.

— Да, сэр, — сказала я в молчавшую трубку и поднялась.

В принципе вовремя, потому что мне пришла в голову мысль напрячь Николаича насчет экранировки против чужого воздействия. Урок Тима накануне того, как пришла к нему, не давал покоя, я хотела защитить себя и не давать Вердену лишнего козыря. А вот у меня руки будут развязаны… Усмехнулась, направилась к двери в коридор, и тут… Совершенно четко почувствовала, что альбинос вышел из своей комнаты и направляется к кухне. Застыла, невидяще уставившись перед собой. Как он там говорил, внутренний компас, да? Ешкин кот… Походу не только он ко мне привязан, но и я к нему. Еще разок матюкнулась, мрачно вздохнула и зашла к себе. Раз Николаич жаждет пообщаться, задам и ему кое-какие волнующие меня вопросы.

Собралась быстро, не обращая внимания на косые взгляды Ольги — она в наушниках сидела за ноутом и вроде как фильм какой-то смотрела, — при этом я нет-нет да и прислушивалась к странному ощущению, появившемуся после этой ночи. Оно не тревожило, на удивление, наоборот, казалось, так и должно быть, и это правильно. Черт знает что… Интересно, Верден так же меня чувствует? Наверное, да. Блин, и что делать? Мне совершенно не улыбается отслеживать все его перемещения, пусть даже невольно! Ему, может, это и в кайф, но я — не он. Надо у Николаича узнать, можно ли как-то блокировать или убрать этот уродский компас. Подождав, пока Верден вернется в комнату, я вышла сама и поспешила в институт. Куратор не любит опаздывающих.

По пути выяснила, что расстояние для новой способности не имеет значения: невидимая стрелка уверенно показывала в сторону общаги. Я тряхнула головой, отодвинула раздражение и, кивнув охраннику на вахте, поднялась наверх. Николаич ждал, расхаживая по кабинету, и когда я появилась, молча указал подбородком на стул.

— То, что не облажалась вчера, молодец, — с места в карьер начал он, — но то, что слишком увлеклась, не есть гуд, — Николаич поморщился.

— Верден наябедничал? — буркнула я, глядя в пол.

— Ну ты ж сбежала, а он добросовестно явился успокоить мои старые расшатанные нервы, — Николаич усмехнулся, и я поняла, что не сильно-то он и сердится. — Сразу видна ответственность будущего руководителя: сначала дело, а потом личные интересы. — Он поднял палец, потом стал серьезным. — Так что да, он все рассказал. Да и наши аналитики прекрасно почувствовали, что ты там начудила в порыве ненависти. И я теперь примерно представляю, как у тебя получилось тогда, на дороге. Тебя нельзя злить, девочка. — Колючие глаза препода задумчиво оглядели меня.