Моя (не)зависимая любовь

Но дело было в том, что при всей его привлекательности и всех его человеческих несовершенствах, при всех слабостях и вредных привычках, Коул был лучшем из мужчин, кого она знала. Он мог любить так, как ей раньше даже не снилось, мог заботиться, защищать, смешить и успокаивать… да, порой прикрикнуть и даже… что? Поставить место, заставить замолчать, одернуть – вовремя. Уберегая от непоправимых ошибок.

Ещё мог в запале и обидеть, оскорбить, даже унизить, не понимая, как больно делал ей, близкому человеку, в тот момент. Мог с высоты своего положения не понимать и не принимать некоторых важных для неё вещей. Мог, как оказалось, причинить ей физическую боль. Много чего он мог, но всё это она ему рано или поздно прощала, потому что знала одно: Коул никогда не пытался обидеть её специально. Как и все остальные люди на этой планете он был всего лишь человеком. Человеком со своими несовершенствами и слабостями.

Да, Джессика понимала, что ей в этой паре досталась сложная роль: быть эмоциональным стабилизатором, иногда громоотводом и тем, кто формировал вокруг этого невероятно потрясающего, но такого эмоционально нестабильного мужчины ореол надежности, предсказуемости и уверенности в завтрашнем дне. Порой ей приходилось принимать удар на себя, потому что Коулу было необходимо выплеснуть то, что копилось в нём и что нельзя было оставить в тренажерном зале или на пробежке. Тот нерв, который и привел актёра однажды к тем последствиям.

Несправедливо? Возможно. Но это была её цена в их отношениях. Всему этому ей только предстояло научиться. Но девушка была уверена, что она и они справятся. И Коул со временем научится слышать себя и слышать её.

- Ты поэтому надел маску? - спросила Джессика, прекрасно знаю, что Коул поймёт её с полуслова.

- В основном, - сдержанно ответил он и кивнул.

- Насколько все было плохо сегодня?

- Баллов на пять из десяти, я думаю.

- Всего на пять?! – Джессика охнула и развернулась. – Господи, как же выглядят десять баллов?

- Как откровенная провокация… Ладно, Джесс, забей. Я знал, что будет так, - Коул показательно равнодушно пожал плечами. – Теперь, после моего интервью, когда история с реабилитационным центром и тем погромом в Вегасе стала известна всем, никто и не скрывает своего мнения обо мне. Никто не верит, что я завязал и теперь чист. Еще долго они будут пытаться подловить меня на чем-то.

- Мне жаль, котёнок.

- Ты не представляешь, как жаль мне…

Воск плавился в кратерах свечей и стекал по белым стенкам, лопались и исчезали пузырьки ароматной пены, медленно остывала вода… Коул, не спеша, водил руками по влажной коже Джессики, вдыхал запах её волос, изредка касался губами тела девушки. Они говорили обо всём и ни о чем, просто чтобы слышать голос любимого человека.

А потом переместились в спальню, чтобы не спеша любить друг друга…

Устроиться на его плече, обхватить рукой его талию, закинуть ногу на его ноги, Джессика знала, что ему тоже нравилось быть в её плену. Правда, если он первым не успевал сгрести её в охапку и оплести своими конечностями, придавливая к матрасу.