Факультет. Том 6 [СИ]

Эпизод 11

Броннан вскинул брови.

– А ты разве не знаешь, кто нас вылечил?

– Откуда мне знать? – нахмурился я, покосившись на Люче, что стояла сейчас среди толпы. – Вообще-то я только проснулся.

– Ну да, это видно! – заржал брат. – Еле соображаешь с утра.

– Эй, полегче. – Я усмехнулся и прямиком направился к Тюдору, Фонтею и остальным излечившимся.

На роль великого целителя я почему-то ещё вчера определил Бакчо Барбара – недаром о нём сразу вспомнила и Люче, когда получила статуэтку жабы Аго.

Этот маг яда четвёртой высоты был хоть и странным (одна его непроходящая улыбка чего стоила), зато отличался гениальностью. Его смеси обладали сильными и необычными свойствами.

Броннан и Хио догнали меня и пошли рядом.

– Ки-и-ро! – Филат Фонтей распахнул объятья. – Ну как я выгляжу?

– Да вы помолодели, адами Фонтей, – улыбнулся я. – Когда уже женитесь?

– Кто? Я?.. Ну-у я об этом как-то не думал…

Его щекастая физиономия порозовела.

Он обнял меня так крепко, что дыхание перехватило, и щёлкнул позвоночник.

– Я так рад, адами! Ох, как же я рад! – Он наконец отпустил меня, его большущая рука взъерошила мне волосы на макушке. – Я чувствую себя так прекрасно, как давно уже не чувствовал!

Видеть Фонтея таким счастливым было непривычно, и я был за него настолько рад, что сердце никак не могло успокоиться – колотилось и колотилось от ликования.

– А кто вас вылечил? – спросил я, но Фонтей так и не ответил.

Его снова окружили студенты, тоже счастливые, как никогда. Они теснили друг друга и наперебой поздравляли сварщика с выздоровлением, а тот высился над ними, обнимал, всё больше улыбался и краснел от благодарности.

Не успел я отойти от него, как меня окликнула Триш Лаван.

– Киро!

Девушка махнула мне рукой, но, как ни странно, обниматься не бросилась. Она придерживала мать Тома Обри за плечи, а женщина рыдала от счастья, прикрывая лицо платком.

С другого боку эвен Обри поддерживал её сын.

Женщина заливалась слезами, но при этом не забывала про свою основную материнскую миссию – найти своему Томми невесту – поэтому как бы невзначай подталкивала Триш к Тому.

В итоге своего она добилась: Триш обняла парня.

Сам Обри, похоже, никак не мог поверить в то, что произошло – лицо у него было жутко растерянное, а движения ещё более неуклюжие, чем обычно, да и мямлил он так, как не мямлил никогда:

– Эвен… эвен Лаван… ну… как бы, то есть… Триш… я… как бы… я так рад… – забормотал он, крепко прижимая девушку к себе. – И ты такая… ну очень… и я так рад…. так рад…

Вряд ли он предполагал, что благодаря стараниям его суматошной матери, Триш теперь знает о его жизни даже больше, чем он сам. Наверное, она знала сейчас, какого цвета на нём трусы, и как часто он ковыряет в носу.

В этот момент эвен Обри вытерла слёзы платком и стиснула меня в объятьях, топя в своих обширных телесах.