В поисках ответов [СИ]

В тот день она была в платье. Красивая, нарядная, домашняя и уютная.

— Значит, ты ненастоящая.

— Нет, — легко согласилась она. — Но позволь мне говорить так, будто настоящая. Ты же не против?

— А если против?

— Тогда тебе придётся потерпеть, — лучезарно улыбнулась мама.

А я вспомнил, как до всей этой истории было легко крутить отцом и как невозможно ею. Если она что-то запрещала или не хотела, то проще было сдвинуть гору, чем уговорить.

— Зачем ты здесь? — постепенно оцепенение уходило и включались мозги.

— Видишь ли, мой дорогой Курт… Не смотри на меня так. Я слепок твоей матери, которая, поверь, любила тебя больше жизни. И больше Али, если честно. Только ей об этом не говори, — подмигнула она.

— Ты не ответила на вопрос, — пропустил я её слова мимо ушей.

Был риск, что эту тень оставила вовсе не мама.

— Да, такой риск есть, — прочитала она мои мысли. — Мне не хватает самосознания, чтобы опровергнуть эту вероятность, но иногда приходится работать с тем, что есть, — с сожалением, по-деловому сказала тень. — Ты так повзрослел. Возмужал. Превратился в безжалостного убийцу. Не знаю, гордиться или ужаснуться. Я… — она заметила мой сердитый взгляд и усмехнулась, той понимающей улыбкой, с какой всегда смотрела на меня, когда я шалил, — твоя мама никогда не хотела, чтобы кто-либо из её детей пошёл той же дорогой, что и она.

— Зачем тогда было заводить семью? Путь повелителей разума с этим плохо совмещается, как я успел узнать.

— Природа. Глупость. Наивные ожидания. Самоуверенность, — зачитала она так, будто находилась в зале суда в качестве судьи и заключенной. — Выбери любой из вариантов. Как бы там ни было, что сделано, то сделано.

— Когда ты появилась в моём разуме?

— Когда гонялась за тобой с ножом по дому.

— Как это возможно? — не поверил я в сказанное.

— Дело в том, — тень внимательно смотрела на меня. — Что разум тех, кого называют господами, сильно отличается от новичков. Делать несколько дел — плевая задача для нас.

— Если тебе хватило разумения оставить тень, почему… — я попытался подобрать слова, но ком застрял в горле.

— Почему не остановила это безумие? — лицо матери помрачнело. — Потому что не могла. Я проиграла ту битву. Внушение, которое Ата оставила мне, было подавляющим и доминирующим. Она всегда считала меня эгоистичной, насквозь фальшивой сукой и хотела доказать это, через смерть.

— Каким образом? — спросил я, зная, что ответ мне не понравится.

— Приказ звучал так: убей того, кто тебе дороже всего.

И она попыталась убить меня.

Я прикрыл глаза, осмысливая эту новость.

— Я отказываюсь в это верить, — слова вырвались раньше, чем я что-либо действительно осознал.

— Конечно. Ты ведь почти три года жил с мыслью, что я тебя ненавижу, — вздохнула мама. — Прости меня за это. За всю историю.

— Почему я? Если это правда, почему я?