Дюна. В Нейросети [Книга 2]

И четвертый момент. Репутация. Знакомство Андерсона с Коулом.

Я не воспринимала Нолона, как соломинку, за которую нужно было уцепиться, чтобы забыть Коула. Не воспринимала его как друга, в ком искала поддержку. Не стремилась заглушить боль за счет другого. После прыжка я почувствовала его, как мужчину. И меня это не оттолкнуло, несмотря на то, что душа ещё болела. Я себя не оправдывала и понимала, как это выглядело со стороны.

Да, было бы гораздо проще с точки зрения морали, если бы я не знала о знакомстве Нолона с Коулом.

Было бы гораздо легче, если бы Нолон спас меня от смертельной опасности или в чем-то благородно помог. А Коул предстал бы чудовищем.

Было бы гораздо удобнее, если бы Нолон был влюблен в меня и доказывал свою любовь теми методами, которые так хорошо описал.

Всё это выглядело бы, как оправдание. Как обеливание репутации. Как сглаживание некрасивой ситуации с точки зрения морали. Для окружающих. Для близких. Для самой себя.

Но в реальности не было этих смягчающих обстоятельств. Были голые факты. И сейчас я понимала, что не хотела отказываться от уникальных отношений с не менее уникальным человеком только потому, что он был знаком с Коулом. Только потому, что со стороны это не вписывалось в рамки удобной морали.

Я была уверена, что Горру, как только решилась проблема с Триадами, была безразлична моя дальнейшая судьба, а сам Нолон с его самодостаточностью не считал мой выбор чем-то неэтичным или оскорбительным. Дело оставалось за моим решением.

Если выбирать между прыжком в неизвестность вместе с Нолоном, гордым стоянием на берегу в ожидании гипотетического мужчины, незнакомого с Коулом, и полным одиночеством — я выбирала первое из трех.

Так и не открывая глаз, я улыбнулась. Теперь, когда ситуация для меня прояснилась, и я приняла решение, меня окончательно отпустило. Усталость, которая накопилась за бессонную ночь, напряг из-за сомнений и колебаний, адреналиновый прыжок в неизвестность дали о себе знать.

Меня вновь подхватило на волну умиротворения и спокойствия, и я почувствовала, что отключаюсь. Где-то на краю сознания мозг зафиксировал, что спинка моего сидения поехала вниз, и я не возражала. Напротив, скинув кроссовки, я свернулась калачиком на удобном сиденье и провалилась в сон.

Следующий момент, который я зафиксировала, было состояние невесомости, руки Нолона и его запах.

“Продолжаю парить в небе даже во сне”, - пронеслась мысль, я открыла глаза, и первое, что увидела, — футболку Андерсона и его лицо совсем близко от моего.