Спор на беременность [Феномен Девы Марии или пари на беременность]

Маша утащила меня в своеобразную гримерку, отдала в руки костюмеру. Я думала, что мы будем танцевать в своей одежде, но оказалось, что меренге нужно исполнять в особом костюме, аборигенском. Меня стали наряжать в яркие пышные юбки, сначала красную, потом надели белую и сверху синюю. Нарядили в синюю блузку без рукавов, на голове собрали пучок и украсили его огромными красными цветами. Я потерялась в ворохе шуршащей ткани, казалось и шагу ступить не смогу. Но, покружившись немного перед зеркалом, проверяя свободу движений, почувствовала, как меня наполняет чувство бесконечного восторга.

Это как в детстве, в детском саду перед новогодней ёлкой, ждешь, когда мама принесет твой костюм. Он самый красивый на свете, и ты будешь выглядеть в нем волшебнее всех. И восторг радужным теплом наполняет душу, предвкушая веселый праздник и подарки. Вот и сейчас меня ждёт праздник, а в качестве подарка — шикарный мужчина!

Выхожу в зал, и мои глаза лезут на лоб, прямо вот без спросу. Филипп в черной расстегнутой рубашке, в черных штанах и с банданой на голове. Как в прошлый раз! И его глаза на лбу, от моего своеобразного вида. Я игриво обошла его, легонько толкая плечиком и не отрывая своего взгляда от быстро темнеющих глаз. Скорее бы музыка, а то еще минута, и она нам будет не нужна вовсе. Наши чувства будут играть нам страстную мелодию, а желание и возбуждение сплетутся воедино и закружат нас в вихре вожделения. Я порывисто выдохнула и приникла к широкой груди, шурша многочисленными юбками.

Заиграла быстрая ритмичная мелодия, и я перестала видеть мир вокруг. Филипп кружил меня так, что все слилось в одно сплошное разноцветное пятно. Ох! Живой бы остаться! Но все длилось недолго, минуты три. Музыка смолкла, и я упала в руки тяжело дышавшего мужчины, который так сексуально рассмеялся, с хрипотцой.

Мы станцевали еще несколько танцев, менее страстных, более медленных. Дожидаться объявления призеров не стали, Фил под шумок утащил меня в бунгало. Уж больно ему приглянулся шуршащий Доминиканский наряд, ну или желание выпутать меня из него.

В ту ночь мы строили планы на свою совместную жизнь, в перерывах межу любовными раундами. Я напиталась его страстью и нежностью, ощущала себя пьяной и расслабленной, как бабочка морфо, которая налакомилась забродившими перезревшими бананами. Весь следующий день мы нежились на солнце, собираясь увезти его огненную частичку в нашу осеннюю страну, уже насквозь пропитанную дождями и запахом опавших листьев.