Яд цивилизации [СИ, черновик]

– Как закрыта?! – Ахнул зашедший в приемную ректора гидромант, а после с металлическим стуком схватился за левую часть груди своей серебряной рукой. Кажется, под парадным белым мундиром пряталась не нежная плоть, а еще один протез. Но человеческое сердце где-то там все-таки было, и с ним в данный момент определенно возникли серьезные проблемы, поскольку от услышанных новостей истинный маг зашатался, побледнел и закатил глаза, а на единственном свободном от металла виске у него конвульсивно забилась маленькая жилка. – У меня же пропуск при пересечении порога активировался, а он всего на три часа! Я же стольким ради его получения пожертвовал! Я ради него. Мы…Я…

Не выдержав накала бушевавших в душе чувств, офицер вырвал из кобуры на своем правом боку блестящий хромированный револьвер, приставил к единственному нормальному виску и нажал на спусковой крючок. Его лихорадочно дрожащие руки обладали недюжинной силой и помяли маленькую металлическую деталь, словно кусок нагретого солнцем пластилина. Однако выстрела так и не произошло, поскольку в ту же железку Олег вцепился телекинезом со всей возможной силой, которую только имел его дар. Как опытный целитель он отлично представлял те последствия, которые может натворить пуля в башке и предотвращение самоубийства казалось волшебнику намного более легким занятием, чем запихивание мозгов обратно в череп гидроманта с последующей экстренной реанимацией. А сразу и наповал сразить одаренного подобной силы огнестрельное оружие могло лишь в случае зачарования либо отдельных узлов конструкции, либо пуль, но ничего такого в револьвера не ощущалось. Да и калибр заметно отставал от тех монструозных пушек пистолетного типа, к которым привыкли выпускники Североспасского магического училища, не позволяя снести с одного попадания сразу всю голову к чертям собачьим. То ли кобура нужных размеров плохо смотрелась с парадной формой, то ли подобный тип оружия считался у морских офицеров вспомогательным, а потому они носили с собой куда более энергономичные инструменты убиения ближнего своего…Вернее, умеренно дальнего.