Вы когда-нибудь...(ЛП)
- Автор: Lady Moonglow
- Язык: русский
- Переводчик: "ArMoro"
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Вы когда-нибудь...(ЛП)». Краткое содержание книги:
— Что я могу сделать для тебя? — громко спросила Гермиона.
Правая рука слизеринца медленно отпустила живот и потянулась к прикроватной тумбочке, на которой лежала стопка толстых и дорогих, как в ресторане, носовых платков.
Гермиона без промедления схватила один из них и вложила в его протянутую руку.
Не говоря ни слова и даже не взглянув на неё, Том выхватил платок из её рук и прижал его ко рту, зажмурив глаза от боли. Сильный кашель безжалостно сотрясал его тело. Девушка могла только молиться, чтобы это всё не продолжалось слишком долго.
Только молиться? Может она могла сделать нечто большее?
Поколебавшись лишь мгновение, Гермиона присела на край кровати. И даже в этот момент девушка всё равно казалась миниатюрной по сравнением с высоким темноволосым наследником Слизерина.
Она легонько положила левую руку на его согнутую пополам спину, обтянутую свитером. Том тут же напрягся, но не сделал попытки оттолкнуть её. Приняв это за знак, Гермиона принялась успокаивающе водить ладонью по тёплому вязаному материалу, чувствую, как каждый кашель юноши сотрясает её руку, словно её собственный.
— Дыши… просто дыши, Том. Всё хорошо, — тихо пробормотала она, когда очередная атака проклятья начала немного ослабевать. Продолжая массировать его спину лёгкими круговыми движениями, девушка протянула правую руку и слегка пригладила его мокрые от пота, но очень мягкие пряди тёмных волос, прошептав:
— Молодец.
Всё это, казалось, немного успокоило Тома. Он продолжал совершать глубокие и рванные глотки воздуха, но, по крайне мере, кашель прекратился. Его пепельный цвет лица стал ещё более бледнее. Через какое-то время он выпрямился, всё ещё пытаясь отдышаться, и убрал руку с платком ото рта.
Девушка ужаснулась, когда увидела, что половина белого платка уже не такая белая, как прежде. Том поспешно скомкал платок в комок и уже хотел выбросить его, но Гермиона быстро перехватила его руку и вырвала из неё кусочек красно-белой ткани.
— Том, ты видишь это? Видишь? — она помахала платком перед его лицо, словно флагом.
— Я ни за что не позволю тебе пойти на праздничный вечер завтра! Только не в таком состоянии!
— Нефертари! — резко перебил её Том, его обычно ровный и гармоничный голос стал очень хриплым от кашля. Он повернул голову почти на девяносто градусов, чтобы встреть её обеспокоенный взгляд.
— Я пойду.
Гермионе потребовалась вся её выдержка, чтобы не уставиться на Реддла в изумлении. Она была не в силах поверить, что он собирался снова пройти через это.
— Но тебе же может снова стать плохо, — аккуратно произнесла она, вернув окровавленный и скомканный платок.
Не говоря ни слова, Том взял маленький кусочек материи в руку и начал задумчиво изучать его взглядом. Спустя какое-то время он решительно посмотрел на девушку.
— Я пойду, — глухо повторил юноша, и его голос стал звучать более мягче, чем до этого. Встретившись с ним взглядом, Гермиона увидела в его глазах решимость.
Девушка глубоко вздохнула, собираясь высказать очередное своё несогласие, но волшебник снова оборвал её.
— Нефертари, пожалуйста, не надо, — произнёс он мрачным тоном, глубоко вздохнув и тяжело покачав головой. Гермиона, прекратив все свои протесты, внимательно посмотрела на него.
— Я почти не контролирую то, что происходит в моей жизни. Один раз позволь мне самому принять решение.
Последовало молчание, в течение которого Гермиона пыталась понять смысл его слов. Слегка вздрогнув, она осознала, что юноша имел в виду не только праздничный вечер.
По сути Том только что сказал ей, что она больше не должна чувствовать себя виноватой в том, что с ним происходит. Девушка дала ему возможность сказать «нет» и избежать танцев с ней только для того, чтобы у проклятия не было причин для перехода на следующую стадию. А он просто взял и решил отказаться от этого шанса.
Реддл явно сошёл с ума. Он действительно хотел умереть?
Внезапно Гермиона вспомнила о том, что говорил ей отец после того, как они с матерью устроили своего рода битву за то, куда её отвезти на шестой день рождения — в художественный музей или в зоопарк. В этот момент она спросила у родителей, глядя на них широко раскрытыми глазами: «Как вы с мамой вообще поженились, папа?».
Гермиона улыбнулась про себя детской невинности этого вопроса, но улыбка быстро исчезла с её лица, когда она вспомнила его ответ. Подняв её и посадив себе на плечи, отец произнёс нежным баритоном: «Ну, милая, ты ведь знаешь, что говорят о любви?».
Девочка хихикнула и отрицательно покачала головой.
Её отец притворно удивился: «Ты не знаешь? Это просто не годится. Я не могу оставить мою прекрасную маленькую девочку в неведении. Ты должна знать об одном из величайших секретов жизни, не так ли?».
Сидя у него на плечах, Гермиона нетерпеливо опустила свою кудрявую головку, а отец приподнял губы так, что они оказались рядом с её маленьким ушком, и доверительно прошептал: «Любовь может заставить делать тебя самые безумные вещи, милая».
Девочка снова хихикнула, игриво ударив его по голове, и произнесла: «Пап, да такое бывает только в сказках!».
Он рассмеялся и стащил с плеч пятилетнюю Гермиону, прежде чем она успела нанести серьёзный урон его голове.
Именно сейчас волшебница поняла, что её отец, возможно, был прав.
Оторвавшись от своих мыслей, девушка ещё раз украдкой взглянула на лицо Тома, просто чтобы убедиться, что суровая решительность не исчезла с его лица. Ей показалось, что внутри наследника Слизерина происходит какая-то эмоциональная борьба.
Том, заметив, что взгляд Гермионы снова сфокусировался на нём, хриплым голосом спросил:
— Нефертари?
Она внимательно посмотрела на его пепельно-серое лицо, которое, казалось, не приобрело ни малейшего оттенка, скулы стали ещё более выраженными, а круги под глазами ещё больше увеличились.
За последние несколько недель у Гермионы развилась способность определять, когда проклятие Анимы делало день юноши чрезвычайно тяжёлым. В такие дни наследник Слизерина заходил в комнату очень медленно и был похож скорее на старика, чем на энергичного подростка.
Любому, кто даже вообще не знал Тома, было бы понятно, что с ним что-то не так. Школа начала наполняться слухами, будто суровый староста скоро умрёт.
Том осторожно положил палочку на ладонь и начал внимательно изучать её, словно это был последний научный прорыв. Он, казалось, знал, о чём она думает.
— Тебе будет гораздо легче, если ты перестанешь беспокоиться обо мне, — тихо пробормотал юноша, проведя длинными пальцами по гладкой древесине.
В этот момент Гермиона поняла, что спорить с ним бесполезно.
Вторник, 21 декабря 1944, 16:53
— Значит, сегодня он пойдёт с тобой? — спросил Драко с лёгкой ухмылкой. Блондин нетерпеливо подошёл к Гермионе, остановился, заложив большие пальцы за ремень своих чёрных дизайнерских брюк, и начал невинно покачиваться на каблуках.
Позади него кружись префекты, старательно украшая зал. Им осталось нанести ещё несколько штрихов, и работа будет завершена.
— Что ж, похоже, у тебя есть хорошие источники, — коротко произнесла девушка. Она взяла из протянутой руки Рона конец гигантской двадцатиметровой густо-зелёной гирлянды и с помощью заклинания «Вингардиум Левиоса» начала обматывать её вокруг рамы главных дверей.
Раздался грохот, и Гермиона подпрыгнула от неожиданности, бормоча себе под нос красочные фразочки. В этот момент она потеряла концентрацию, и гирлянда быстро полетела вниз.
— Осторожно! — резко воскликнул Рон, дёргая старосту на себя. Через мгновение гирлянда рухнула на пол в полуметре от Гермионы, ударив Драко по затылку.
— Эй! Неф! — раздражённо воскликнул блондин, обходя венок из клюквы и сосновых иголок. Ухмыляясь, как дьявол, он сложил ладони рупором и прокричал: