Лёха — сокрушитель Вселенной

— Бля, ищи что-нибудь! — крикнул Лёха.

Он сам подбежал к столу, заваленному свитками и рукописями, в тусклом свете зажигалки начал искать там хоть что-нибудь. Может, какой-нибудь Свиток Термоядерного Взрыва пробил бы стену и они бы выскочили наружу, или Фолиант Безудержной Телепортации отправил их подальше отсюда.

Раздался треск, и часть потолка обрушилась прямо на один из книжных шкафов, вздымая огромную тучу пыли. Порывом ветра задуло пламя зажигалки, их снова окутала темнота. Лёха чиркнул зажигалкой снова, но та лишь выбросила сноп оранжевых искр.

— Да ё-моё! — грязно выругался Лёха и чиркнул снова.

Крохотный язычок пламени всё-таки появился, и Лёха смог продолжить поиски. Вот только ничего стоящего найти не удавалось. Накатило душное отчаяние. Лёха не боялся выскочить раз на раз против даже самого грозного противника, но перспектива быть погребённым заживо устрашила его.

— Лёха! Что делать? — взвизгнул Петрович, отпрыгивая от ещё одного куска отвалившейся штукатурки.

— Снимать штаны и бегать, бля! — огрызнулся Избранный.

Ответа на этот извечный вопрос Лёха дать не мог. Но всё-таки нужно было что-то предпринять. Безделье — это игрушка дьявола.

Лёха подошёл к ближайшей стене, прикоснулся к холодному камню. Всё плотно, с минимальными зазорами, магическая кладка, как никак. Но если башня рушится, может, получится ей немного помочь? Он чуть отодвинулся, попрыгал на носочках.

— Та-а-а! — дикий крик прорезал сумрак, и Лёхин тапочек шлёпнул по каменной кладке чуть выше его собственного роста.

Маваши-гири получился славный, выхлестнул бы любого борова с одного попадания, но камень даже не шелохнулся. Башня, конечно, задрожала и пошатнулась, но Лёха не был уверен, что это именно последствия его удара.

— Ша-а-а! — выдохнул он одновременно с ударом.

Он пощупал стену и не мог понять, то ли это в самом деле камень передвинулся, то ли ему просто кажется в темноте. На всякий случай ударил ещё раз.

Раздался грохот, Лёху снова обдало потоком пыльного воздуха. Башня сильно накренилась и тряслась всё чаще. С потолка летели камни, разбиваясь об пол и взрываясь тучами осколков.

— Сука, бля, — буркнул Паладин.

Он отошёл назад, взял короткий разбег и ударил ногой в прыжке. По стене пробежала небольшая трещина, за которой виднелось голубое небо, и Лёха возликовал. У них появилась надежда.

— Ща, бля, выскочим, — сказал он.

— Лёха, поторопись! — пискнул Петрович.

— Та-а-а! — Лёха снова обрушил могучий маваши-гири на каменную кладку.