Повседневная жизнь Древней Руси

Еще интереснее узнать, в какой последовательности привычный для нас исторический контекст вокруг Ольги формировался. Примерно в конце X века было составлено Древнейшее сказание о строительстве Русского государства княгиней Ольгой, подвигах ее сына Святослава и приходе к власти внука Владимира. Из предшествующей княжению Ольги истории Древнейшее сказание включало только рассказ об убитом древлянами князе Игоре — том самом, которого митрополит Иларион, выступая в Святой Софии Киевской до начала русского летописания, именовал «старым Игорем» и раньше которого не знал русских князей.

Оставшаяся без мужа и дружины, но с маленьким сыном княгиня подавила восстание древлян, установила в стране единые законы, ввела налоги, устроила пути сообщения, съездила в Царьград, приняла христианство и наладила отношения с Византией, перехитрив императора. Несоответствие этих достижений ничтожным средствам, которыми располагала княгиня Ольга, потрясло автора Древнейшего сказания. Сказитель не ограничился рассказом об образцовой мести Ольги за мужа и не просто описал ее подвиги — он начал с них саму историю Русского государства.

Краткий рассказ Древнейшего сказания о князе Игоре, «сидевшем» в Киеве, пока его воевода Свенельд безуспешно «примучивал» уличей (которые попросту ушли), а затем брал себе (а не ленивому князю) дань с древлян, вполне анекдотичен. Его суть в том, что Дружина непутевого мужа Ольги осталась без «портов», а двинувшись за данью, потеряла князя, назидательно казненного древлянами. И мы могли бы, посмеявшись над Игорем, счесть рассказ о нем лишь удачным зачином дружинного сказания о мести Ольги, если бы в таком же точно контексте о князе не упомянул Лев Диакон, византийский историк второй половины X века.

Здесь уместно вспомнить, что не Игорь, а его жена Ольга была первой из русских правителей, чье имя с уважением упоминалось за рубежом. Император Константин VII Багрянородный в книге «О церемониях византийского двора» описал беспрецедентно почетные приемы в своем дворце «Элыи, архонтиссы Росии», о ее муже и крещении не упоминая[68]. Только в XI веке византийский хронист Иоанн Скилица поправил оба «упущения» лично принимавшего Ольгу императора: «Супруга государя Руси, некогда приводившего флот против ромеев, по имени Эльга, по смерти своего мужа прибыла в Константинополь. Крестившись… она была почтена по достоинству»[69].