Боги Авроры

Во всем поселении я нашел еще восемь живых туземцев разного возраста, но примерно в одинаково запущенном состоянии, не далеко ушедших от кузнеца. Еще два десятка трупов — точнее горочек-кустиков, из которых (по подсказке системы) в скором времени вырастут кристаллы приона.

Мерзковатое зрелище этот круговорот приона в природе. Как грибок паразит, растущий из тела донора. Отростки, похожие на еще не оформившиеся кристаллы, росли прямо из мертвых тел, покрывая не только их, но и все в радиусе метра. Я когда-то читал про грибы паразиты, которые из насекомых вырастают, — еще один довод провести ритуал поскорее и организовать себе абсолютный иммунитет к приону.

Судя по количеству домов, раньше в деревне жило не меньше семи десятков человек, но скорее всего все, кто мог ходить, давно ушли в Алабаму. Вот только, боюсь, Вождь им уже не поможет. Его можно понять, прав-то он во многом. Только не со следствием надо бороться, а с причиной. Не захватчиков прогонять, а баланс восстанавливать и туземцев спасать. И это довод против того, чтобы забирать Слезу себе. Куда лучше растворить ее в каком-нибудь озере с красивым водопадом, и пусть паломниками туда ходят га лечение.

Новую слезинку разделил на всех, сделал порцию эликсира, и как с чайной ложечки, напоил каждого. Никого не вылечил, но время выиграл. И неожиданно получил ощутимую прибавку в виде опыта и достижение «исцеляющий», которое сократило срок перезарядки Слезы на две минуты. Выгодное дело прокаженных лечить, но судя по реакции туземцев, не благородное.

Как только неписи хоть дышать нормально смогли, так и голоса прорезались, сразу же обрушив на меня волну обвинений в связях с изгоями и воровстве Слезы. Больше всех сипел кузнец, кляня меня в столь изощренных махинациях, что я больше удивлялся, чем обижался. Отвечать не стал, просто ушел.

Через час, который я провел, истребляя монстров снаружи, вернулся с новой порцией лекарства. Отпоил двоих детей, опять не вылечил, но хотя бы человеческий облик вернул и способность передвигаться самостоятельно. Снова выслушал поток критики, но общий фон негатива заметно снизился.

В следующие два раза ворчал только кузнец.

— Вы проклятые воры. Вы одним только своим присутствием на земле оскорбляете богов и духов-защитников!

Я не реагировал. Молча, продолжал лечить и поставил на ноги еще двух женщин. И, наконец, получил хоть какое-то признание — женщина несмело обняла меня и заступилась перед кузнецом.

— Молчи, старый. Он слишком молод, чтобы быть виновным в том, в чем ты его обвиняешь. Постыдился бы.

— Все они одинаковые, только о себе думают, потому и изгои, — кузнец проводил меня взглядом до выхода и крикнул уже в спину, — давай, уходи! И можешь не возвращаться, нам подачки от воров не нужны.

Вот ведь действительно козел старый. Опыт, конечно, приятный насыпали, но я теряю время. Четвертый час уже тут, а еще двое осталось, да кузнец. А потом что? Долечивать или оставить полуживыми? Что-то во мне горячо доказывало, что не стоит оно того, что неписей лечить, считай себя хоронить. Система потом новых сгенерирует, а я и опоздаю, и без запаса эликсиров останусь. Как все тут любят — ничего личного, только бизнес. Но какая-то другая часть меня, поменьше и послабее, как раз топила за личное. Особенно глядя на детей и женщин, которым получше стало всего ничего, а они все равно включились в игровую жизнь. Пусть и по сценарию, ну уж очень радовали детский смех в полумертвом поселении и женское доброе ворчание в попытках навести порядок на запущенных улицах.