Операция Хаос

Зэодор встретил Астора мелким холодным дождем и порывистым ветром. Взяв экипаж, юноша отправился домой. Он не сообщил родителям о своем приезде, но не жалел об этом. Ехать было недалеко, да и настроение оставляло желать лучшего. Астору не хотелось обсуждать с отцом свою будущую карьеру, рассказывать об Азуле. Он мечтал о тишине и надеялся, что отеческий дом успокоит его нервы и излечит раненое сердце.

Возле особняка он обнаружил незнакомый экипаж, но не придал этому особого значения. К отцу часто приезжали высокопоставленные чины их города за юридической консультацией и советами. Старый слуга искренне обрадовался возвращению Астора и, подхватив чемодан, понес в комнату молодого хозяина. Оставшись один в пустом холле, юноша снял плащ и потер виски. Он устал. Ему хотелось принять ванну и отдохнуть. Но сначала надо было поприветствовать родителей. Астор представил суету, которая начнется, стоит ему только перешагнуть порог гостиной, и тяжело вздохнул.

Из-за закрытой двери доносился неясный шум. Кажется, он ошибся, предположив, что гости приехали к его отцу. Обычно Генрих Нойманн беседовал с визитерами в своем кабинете. Может быть, пожаловал кто-то из старых друзей его родителей? Астор протянул руку, собираясь открыть дверь, но та неожиданно распахнулась. В проеме, спиной к нему, стояла девушка в изумрудном платье. Она шагнула назад, развернулась и... врезалась в Астора. Охнув, потеряла равновесие и чуть не упала. Молодой человек успел подхватить ее, не дав упасть. Дверь распахнулась шире и на пороге появилась Бриджит Нойманн, мать Астора. Увидев сына, она с радостным возгласом бросилась к нему:

— Когда ты приехал? Почему не известил нас с отцом? — воскликнула она, обнимая юношу.

— Пару минут назад. Я шел в гостиную, чтобы вас поприветствовать, — ответил Астор на первый вопрос, — но столкнулся с этой милой дамой. — Его взгляд вновь вернулся к незнакомке.

— О! Так вы уже познакомились? — довольно улыбнулась Бриджит.

— Еще нет, но надеюсь, вы представите нас, — ответил молодой человек, продолжая разглядывать стоящую перед ним миниатюрную брюнетку с черными живыми глазами, аккуратным носиком и красивыми, словно нарисованными кистью бровями. Милое личико немного портил слишком большой рот, все еще чуть приоткрытый в растерянности из-за неожиданного появления Астора. Бриджит Нойманн положила девушке руку на спину, легонько подталкивая ее к сыну и сказала:

— Это Софи Зиммерман. Я тебе о ней писала, помнишь? — на губах матери появилась многозначительная улыбка, — Софи, позволь представить тебе моего сына, Астора Нойманна, выпускника академии Шварцхольм, многообещающего юриста и будущего помощника руководителя юридического департамента императорского казначейства, — не без гордости продолжила женщина.

Брюнетка сделала книксен и произнесла: