Ночь со зверем

— Странно, что никто не вломился еще, — заметил я, осматриваясь. — Есть идеи?

— Есть, — и он зашел на порог, будто преодолевая какое-то сопротивление. Вскрыть замок заняло несколько минут, и он посторонился, пропуская меня вперед.

Внутри все оказалось совсем не так, как казалось снаружи. Дом был маленький, но это с лихвой компенсировал тот, кто делал тут ремонт. Первое, что дернуло нервы — вид на кухню справа. Она начиналась зоной гостиной от порога. У окна стоял рабочий стол, на нем — закрытый ноутбук. И чашка.

Я тяжело сглотнул, не спуская с нее взгляда — вспомнились ее ощущения в ладони. Чашка была старой, с щербинкой на ручке, и та постоянно цепляла безымянный палец… Но я не мог от нее избавиться. Она принадлежала отцу.

— Это мой дом, — кивнул я. И развернулся к выходу. — Поехали.

— Не осмотришься? — посторонился Сезар.

— Не сейчас, — нахмурился я, мотнув головой. — Это… слишком…

Я вышел на крыльцо и сел на ступеньку:

— Можно еще сигарету?

— Голоден?

— Нет…

Мы закурили синхронно. Сезар сидел на земле лицом к дому, но был весь в своих мыслях. Я же просто не мог смотреть на прошлое за спиной. Его нужно было принимать по частям, иначе было чувство, что оно меня прикончит…

— Ты же не все мне рассказал, да? — прищурился я на Сезара.

Он перевел на меня взгляд:

— Твой отец убил моего…

Дым скользнул из разомкнувшихся губ и размыл картинку перед глазами. И не было сил его разогнать выдохом, потому что я снова не смог вдохнуть. Я видел, как Сезар опустил голову, затягиваясь.

— Ты уверен? — просипел я.

Вопрос был глупым, но я не мог не предположить. Это все звучало слишком дико и не просто ковыряло раны — открывало реку боли. Чужой. Но уже не совсем.

— Мать была уверена. Прочитал в ее дневнике. — И он снова глубоко затянулся, делая такую нужную обоим паузу. — Он убил его на ее глазах…

— За то, что она выбрала не его? — не верил я.

— Из-за меня. Чужой мужчина — полбеды. Но чужой ребенок… — Он красноречиво посмотрел на меня, а я впервые едва выдержал его взгляд.

Ребенок Айвори может посмотреть на меня так же через годы? Наверное… Но я ясно понял одно — не хочу заслужить такой его взгляд.

Вот так вот этот странный день вывалил на меня горы ответов, о которых даже не просил. Наши родители все это пережили раньше. Один смог принять чужого ребенка, другой — нет.

Кто был виноват в том, что произошло в нашей семье? Мать, которая не дождалась одного мужчину и вступила в связь с другим? Можно ли ее винить? Вряд ли. Как и моего отца. Он не смог принять, как не могу теперь я. Представить, как он мучился без избранной до конца дней — страшно, но мне теперь вполне доступно. А отец Сезара оказался более мудрым… но это не спасло его от смерти. Все, что у нас с братом было общего на двоих — разрушенные жизни родителей. И никого не осталось в живых, чтобы что-то исправлять…

— Поехали, — поднялся я. — Только я поведу.