Сын для миллиардера

Не представляю даже, как она отреагирует на то, что мы с Артуром уже муж и жена.

Внезапно Илона оборачивается, натягивая на лицо улыбку. Вот такая фальшивая, приторная улыбка делает её похожей на клоуна Пеннивайза.

— О, а вот и вы! Идите скорей сюда, — призывно машет рукой.

Ну точно Пеннивайз.

Как же не хочется идти, но надо!

Я заставляю себя делать эти непростые шаги лишь с одной мыслью, что с врагами лучше дружить, чем воевать. Дружить “под лисичку”, поступая по-хитрому.

Мы подходим к столику, накрытому белой скатертью. Тут даже сервиз белый. И пирожные, покрыты белой глазурью. Культ белого у мадамы Илоны Змеюковны, не иначе.

Меня начало тошнить от белого. Определенно свадебное платье у меня будет другого цвета. Не стандарт.

Бежевое, кремовое, может вообще розовое! Чтобы ей так это… завуалированно на зло.

— Добрый день, — стойко держит улыбку, но глаза говорят об обратном. — Как настроение?

— Здравствуйте. Хорошее.

Было.

Пока вы не явились.

— Прекрасно! Тогда давайте устроим чаепитие на свежем воздухе. В честь нашей встречи я даже сама испекла пирог. Артурик его обожает!

Мы занимаем свободные стулья.

— Ты изменилась, Милана. Округлилась. Как самочувствие? Как беременность протекает? — улыбка стала слабее.

— Мила. Моё имя Мила.

Да она издевается!

— Ой, — Илона со звоном ставит чашку обратно на блюдце, прикрывая рот ладошкой. — Извини, дорогая. Если бы мы чаще виделись, я бы не оговорилась. Еле-еле уговорила Артура впустить меня сюда. Уперся как баран! И плевать, что это и мой дом тоже.

Не совсем так.

После смерти отца Артура, он завещал ему особняк, а супруге купил другой. Артур единственный его владелец на сегодняшний день. Такова была воля Рината Королёва.

— Мама, — Артур вмешался, прочистив горло.

— Ой ладно, забыли. Расскажите лучше, как вы провели отпуск?

Завязалась беседа. В основном говорил Артур, я молчала.

Потом у него зазвонил телефон, он на секунду отошёл. Но недалеко, к соседнему дереву. Так, чтобы я оставалась на виду.

— Милочка, Артурик уже сказал наверно, да? Что я пришла с миром. Я сожалею, что так вышло тем вечером, но я хочу, чтобы ты знала, что я искренне за тебя переживала. И ещё я сожалею, что, возможно, чем-то тебя обидела.

Можно было бы изобразить восторг и удивление, даже прослезиться от таких душещипательных слов, но меня, честно, они не тронули. Илона со мной излишне любезничает, но я ей не верю.

Кажется, будто стерва опять что-то задумала!

— В честь перемирия, я хочу, чтобы ты попробовала мой фирменный пирог.

Пальцы заледенели, к горлу подступил ком.

— Угощайся, Мила. Ну! Угощайся… Приятного аппетита!

Меня накрыло уже знакомыми, неприятными ощущениями. Я будто вернулась в тот день. Будто заново прошла через ад, когда почувствовала жуткие волны страха, которые пронеслись по всему телу, словно мерзкие черви.

С опаской посмотрела на протянутую тарелку с куском воздушного пирога, политого белой глазурью, так, будто бы это был не пирог, а граната.

— Глупышка! — Илона заржала как лошадь. — Думаешь он отравлен? Перестань, Мила! Я устала, всё! Упёртость Артура мне не одолеть, но с тобой он абсолютно изменился, так что я успокоилась. Думаю, нам стоит наладить контакт, я не могу так… Артур со мной не разговаривает, на звонки не отвечает, а мне больно! Я же его мать! Как родишь — поймешь.