Настоящая любовь и другие напасти

— Хотя это было ужасно, противно и омерзительно?

— Что? О, я совсем не это имела в виду, — указала она на его шею. — Я говорила о том, что, зайдя в собственную квартиру, обнаружила твоего отца на моей матери. Голых. Занимающихся сексом, — Фейт указала на пол, — на полу перед камином.

Теперь была его очередь спросить:

— Что?

— Твой отец с моей матерью… я их застукала.

— Подожди, — Тай поднял руку. — Мой отец знает твою мать?

— Очевидно, да.

Саваж припомнил женщину, которую встретил на фотосессии. Она не была некрасивой, просто напыщенной и немного вульгарной. Любимый тип отца.

— Ты застала их, когда они занимались сексом?

— Да, и это было отвратительно. В позе… — Фейт подняла ладонь, как будто могла таким образом остановить болезненные воспоминания. — Собачьей, кажется.

 Шутишь?

— Хотелось бы!

И хотя то, что его отец встречался с ее матерью, могло закончиться полнейшей катастрофой, Фейт выглядела такой расстроенной, что Тай не смог удержаться от смеха.

— Ах так! — она указала на него пальцем. Короткие ногти были покрыты светло-розовым лаком. — Ты считаешь это забавным? Человек, который никогда не смеется?

— Я смеюсь.

Она ткнула тонким пальцем себя в грудь:

— Надо мной!

— Ну, ты так психуешь, что это забавно.

Кроме того она выглядела немного возмущенной и милой, и сексуальной в этой своей розовой футболке и сапогах.

— Если бы ты видел, что и я, ты бы тоже начал психовать.

— Поверь мне, я видел. — Павел никогда намеренно не хвастался своими сексуальными подвигами, но и не был слишком уж скрытным. — В первый раз когда мне было лет семь.

Он зашел в гостиную и увидел, что отец занимается сексом на молитвенном столике матери Тая, которой в тот момент дома не было.

Розовые губы Фейт приоткрылись: она аж задохнулась.

— А мне было пять! Валери тихонько впускает твоего отца ночью, а утром он уходит до того, как я встану. Он словно привидение. Если бы они так не шумели, я бы даже не знала, что он был там.

Ага… Это объясняло внезапные исчезновения отца и его внезапные появления. Тай не часто видел своего старика и решил, что тут замешана женщина.

— И они выгоняют Пебблс спать в мою комнату.

— Пебблс?

— Мамину собаку, — заправив волосы за уши, Фейт опустила руки. — Она меня ненавидит, и это чувство взаимно. Все время рычит на меня и тявкает, если только ей чего-нибудь не нужно. Например, место для сна.

Склонив набок голову, Тай взглянул на собеседницу:

— Почему ты ее не выдворишь?

— Я пыталась, — вздохнула та. — Но она смотрит на меня своими глазками-бусинками, и я просто не могу поступить так подло. Теперь всякий раз, как Пебблс запрыгивает ко мне на кровать, я понимаю, что Павел в соседней комнате развлекается с Валери, — скривившись, Фейт покачала головой. — Может, это не так бы меня беспокоило, если бы моя мать не стонала и не кричала, словно ее убивают.

Не такой реакции Тай ожидал от бывшей стриптизерши и девушки с обложки «Плейбоя». Особенно от не стыдящейся своего прошлого стриптизерши и девушки с обложки «Плейбоя». Он сам толком не знал, чего ожидал. Может, такого подхода, что секс — не такая уж важность, кто бы им ни занимался. По крайней мере, таким было поведение его знакомых стриптизерш.