Разбитые грёзы [publisher: SelfPub.ru]

По всем данным в чете Фокс, не считая матери, было две девочки суккубы, старшая, чьего имени я не помнил, и младшая – Лизабет. Но если верить делу, то старшая была дочерью двух людей и никаким образом не могла стать иллюзорницей.

Я еще раз отлистал дело о смерти отца назад, перечитал всю информацию трижды, понимая, что разгадки там не найду, и запросил отдельно дело о Кристалл Бристоль.

Пожалуй, в архиве меня сегодня станут ненавидеть. Что ни час, то новое задание.

Мысли тем временем вернулись к убийце моего настоящего отца. Кристалл Бристоль.

Могла ли она быть суккубой? Отрицать такую версию нельзя, но тогда каким образом она забеременела от Аластара Фокса, если чуть позже у него произошла истинная любовь с Торани Фелз?

Ведь любить двоих невозможно… в деле, конечно, было упоминание некого зелья, вероятно приворотного, но с суккубами такая хитрость не работает…

Спустя час в кабинет постучался один из архивариусов и вручил мне в руки увесистую папку, гораздо толще, чем я мог бы себе представить ранее.

Первое, что бросилось в глаза – это надпись рукой генерала Сакса у верхнего угла папки: “засекретить”. Второе, гриф “СС”. Это настораживало, особенно если учесть, что речь шла всего лишь о сумасшедшей женщине, пусть и убийце.

Мне было понятно, почему я взял это дело, но зачем его изучал отчим и тем более присвоил статус гостайны – интриговало.

Я открыл папку и с первых же строк погрузился в биографию мисс Бристоль. Обыкновенная, взбалмошная, избалованная деньгами девчонка, при этом праведная прихожанка церкви на людях. Лицемерно, хоть и не удивительно.

Будучи на сроке восьми месяцев, совершила убийство доктора Деймона Стоуна. Вину всячески отрицала, заявляла, что убила в тот вечер Торани Фелс.

Врачебная экспертиза показала невменяемость мисс Бристоль, что подтверждалось многочисленными свидетельствами. Рассудок бывшей леди пошатнулся. К делу прилагались судебные заключения с клинической картиной: эпилептические припадки, агрессия, сменяемая приступами апатии, кататония, сумеречное расстройство сознания.

Неудивительно, что беременную женщину поместили в лечебницу, но и там своевременного лечения оказать не смогли, боясь навредить плоду.

Я листал новые и новые страницы, осознавая очевидное: практически вся папка с делом убийцы моего отца была медицинской картой.

Новые диагнозы, заключения, ход терапии, которая не давала результатов. Я дошёл фактически до конца: до даты смерти, спустя несколько лет после ее ареста, и отчета о вскрытии. В причинах кончины молодой девушки значились необратимые повреждения мозга.

Я перевернул последний лист, и моя рука замерла в воздухе.

С единственного снимка, пришитого к делу, на меня смотрела Аманда, с перекошенным в безумном крике ртом, диким взглядом и всклокоченными волосами. Ее руки и тело сжимала смирительная рубашка, но даже этого было недостаточно, чтобы удержать буйную. На снимке она бросалась на фотографа, с выражением будто желала впиться зубами в горло и разорвать. Судя по подписи, изображение сделали буквально за несколько дней до смерти, когда она уже абсолютно не контролировала себя и свое поведение.