Попаданка с улицы Грёз
- Автор: Амарант Кристина
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Попаданка с улицы Грёз». Краткое содержание книги:
Снова непонятные незнакомые слова. Почему Рой никогда не задавался вопросом что они значат?
— Не знаю, что с этим делать.
Даяна закрыла лицо руками.
— Извини… я зря ерничаю. Просто это какой-то маразм! Я не кровожадный демон, обычная женщина, тридцать пять лет, образование высшее, в разводе, детей нет… — она всхлипнула. — Но это ведь никому не интересно, да? А я могу быть полезной! В моем мире нет магии, но есть наука. Вон Аншлер сразу понял как выгодно дружить с диббуками, а не сжигать всех без разбору…
"Не бывает хороших диббуков", — любил повторять магистр.
Не сошел ли Рой с ума, если готов поверить словам диббучки? Какое решение будет правильным? Он любит эту женщину… или думает что любит?
Видеть, как она плачет, было невыносимо.
Не хватало воздуха. Инквизитор потянул шейный платок, и в памяти всплыло, как утром (всего лишь утром, боги!) Даяна поправляла его. Как плескали в ее глазах лукавые искорки, когда она говорила: “Вы так блистательны, милорд, что мне страшно стоять рядом — боюсь ослепнуть”.
Узел не поддался, лишь затянулся туже. Рой с яростью рванул его, по полу весело застучала пуговица воротничка.
— Мне нужно подумать, — зло рявкнул он. — Пройдусь!
Пожалуй, это можно было назвать бегством.
Глава 38. Изящное решение
Вот и все. Я смотрю на захлопнувшуюся за Роем дверь и начинаю смеяться. Сначала тихо, а потом все громче, сама не замечая момента, когда смех переходит в рыдания.
Кончилась моя сказка.
На душе какое-то детское недоумение и обида. Хочется как маленькой лупить кулаками по подушке и орать: “За что?! В чем я провинилась?!”
Ни в чем. Просто Рой всего лишь человек. Да, я не сомневаюсь, что он любил меня. Но любви оказалось недостаточно, чтобы перешагнуть через предрассудки.
И я рыдаю, самозабвенно утопая в соплях и жалости к себе. Несколько минут слабости, я ведь тоже не железная.
А Тайберг предупреждал…
Мысли от некроманта перекидываются к приемному папаше и слезы высыхают сами собой. Что тут нюни разводить, когда действовать надо? Времени осталось всего несколько часов!
А ну быстро! Встала, умылась и составила план действий!
Холодная вода помогает прийти в чувство и окончательно настраивает на боевой лад.
Итак, бежать все же придется. И чем скорее, тем лучше. У меня форы — остаток дня и ночь. От удовольствия разгромить на прощание мануфактуру и магазин придется отказаться — слишком долго. До зубовного скрежета обидно оставлять все нажитое непосильным трудом Пилору, но придется. Вот если бы был законный способ передать их кому-нибудь другому до моего полного совершеннолетия…
А ведь есть такой способ!
Я замираю над умывальником в дурацкой позе с открытым ртом, пораженная красотой и простотой внезапно открывшегося выхода. А потом подрываюсь вниз по лестнице.
И натыкаюсь на мессера и Катрин, спорящих над чемоданами.
— А, ребенок! — щурится некромант. — Ну что — убедилась, что дедушка Тайберг всегда прав?
— Убедилась, — я опускаю взгляд к саквояжу. — Вы куда-то собрались?
— Да нет, это моя женушка нервничает. Говорит, что надо делать ноги, пока дом не наводнила инквизиция. А я ей: пусть приходят.
— Ты идиот, если думаешь, что они тебя так просто отпустят! — не выдерживает Катрин. В широко распахнутых глазах плещет паника — не за себя. — Фицбрук знает все и теперь у него нет причин, чтобы тебя покрывать! Доказать, что ты Тайберг не так уж сложно. Инквизиция поднимет архивы, найдет твой портрет или привлечет кого-нибудь из магов, знавших тебя сто лет назад! Говорю же: надо бежать!
— А я говорю, что никуда не побегу. За свои преступления в той жизни я уже заплатил с избытком, в новой нагрешить еще не успел. Убивать меня бесполезно, а живой доставлю куда меньше неприятностей, чем мертвый, — он нехорошо скалится и я вдруг верю, что мессер сумеет за себя постоять.
Вот и хорошо, значит я не ошиблась, сделав ставку на него.
— Но Хаген…
— Это мой дом, и демона-с-два я сбегу, оставив его потомку Эгмонта!
— Кстати, по поводу дома, — встреваю я. — Катри, помнишь опекунскую доверенность с правом подписи, которую мы оформляли два месяца назад?
Это случилось еще во время первого ремонта. Мой частично недееспособный статус требовал визы опекуна на любых бумагах, и Роя изрядно достало мотаться со мной в мэрию или к нотариусу по каждому пустяку. Тем более, что как раз тогда дело работорговцев набирало обороты, и он появлялся домой зачастую только чтобы поспать пару часов.
Вот я и предложила передать монашке часть его опекунских полномочий. Статус моей дуэньи позволял оформить доверительное управление собственностью. Разумеется, у подобной “опеке по доверенности” были свои ограничения. И сама бумага теряла всякую законность вместе с лишением Роя опекунских прав.
Но пока она все еще в силе.
Глаза некроманта вспыхивают хищной радостью, когда я наспех излагаю ему свою идею.
— А ты умница, ребенок! Моя школа! — он от души хлопает меня по плечу и подмигивает Катрин. — Собирайся, сладкая моя. Мы едем к нотариусу!
***
Сорок минут спустя, когда мы покидаем контору нотариуса, с заверенным договором, согласно которому господин Хаген Берг арендовал в полную собственность у Даяны Эгмонт Кленовый особняк и прилегающий к нему участок земли. Со всем содержимым, включая расположенный на территории оного особняка магазин косметики “Леди Эгмонт” и мануфактуру. Аренда начинается с сегодняшнего дня и продлится ближайшие шесть лет. Подписано Даяной Эгмонт, завизировано представителем опекуна.
— Я все равно не понимаю, что помешает ему, как новому опекуну, расторгнуть договор, — хмурится Катрин.
— Ничто не помешает, — я злорадно ухмыляюсь. — За исключением того, что тогда он должен будет вернуть мессеру уплаченные вперед за весь срок аренды шесть тысяч либров.
Разумеется, никаких денег некромант мне не отдавал. Ни у него, ни у меня нет даже близко подобных сумм.
У Тайберга есть кое-что получше. Моя расписка о получении денег. Теперь “папаша” может хоть на пупе извертеться. По закону если хочет обратно дом, пусть возвращает денежки.
— Не зря я всегда говорил, что она умничка! — с отеческой гордостью повторяет Тайберг. — Сразу видно — моя учени… — он вдруг замирает и щурится. Я прослеживаю за направлением его взгляда и вздрагиваю.
“Двое из ларца” подпирают столб на другой стороне улицы и лениво поглядывают на меня, даже особо не скрываясь.
— По твою душу красавчики, — совсем другим тоном бормочет некромант. — Не удивлюсь, если возле дома ошивается еще парочка.
Он снова оказывается прав: вдоль задней калитки дежурят двое мужчин в характерных форменных куртках. Одного я даже узнаю — он был в поезде, вместе с секретарем.
Даже как-то ожидаемо. Аншлер не дурак, он должен понимать, что я сделаю все, чтобы вырваться из ловушки.
— Не дрейфь, ребенок, — усмехается некромант. — Дедушка Тайберг и не от таких уходил. Я полжизни прожил под наблюдением тайной службы и знаю, как работают эти ребята.
Он сам собирает мой саквояж. Мои наряды не подходят, даже самые серые из них кричат о статусе леди, поэтому в качестве сменной одежды мне достаются старые платья Мири и монашеские балахоны. Сверху Тайберг впихивает парочку ярких шалей.
— Захочешь, чтобы тебя потеряли — снимешь и смешаешься с толпой, — инструктирует он меня.
— Я думала на профессионалах такие фокусы не работают.
— А кто сказал, что эти парни профессионалы? Кроме того, я тут поколдовал немного. Авторские разработки.
— Парни Аншлера увешаны антимагическими амулетами.
— Значит, будешь пользоваться традиционными средствами.
“Традиционные средства” — это парочка париков, весьма непрезентабельного вида. Туго стянутые в скучные пучки волосы вроде тех, что раньше носила Катрин.