![Детектив для уютной осени [сборник, litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/5/2/1/1/0/detektiv-dlya-uyutnoj-oseni-sbornik-litres-download.jpg)
Детектив для уютной осени [сборник, litres]
- Автор: Полякова Татьяна Викторовна, Устинова Татьяна Витальевна
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: 1 редакция (1)
- ISBN: 978-5-04-114236-0
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Детектив для уютной осени [сборник, litres]». Краткое содержание книги:
– Это правильно, – одобрил Меркурьев.
В ее комнате он сразу зажег все лампы, прошел в ванную и пустил горячую воду. Девушка стояла посреди комнаты и дрожала. С лица на белую мокрую ткань ее наряда капали желтые капли, как видно, тот самый тональный крем стекал, которого у нее была тонна.
Так она говорила.
– Марш в ванную, – приказал Меркурьев. – Мне надоело с тобой возиться!..
Она побрела в ванную, на ходу разматывая с головы платок, тоже совершенно мокрый.
Василий Васильевич дождался, когда за ней закроется дверь, и отправился к себе.
В своей комнате он пристроил на батарею мокрую куртку – рыбий мех не подвел, внутри куртка была лишь чуть влажной. Один о другой стащил ботинки и пошвырял их к стене.
Коньяк, лимон, чай, сахар. Какие еще есть средства спасения?
Меркурьев сроду не принимал никаких таблеток и, как все мужчины, был твердо убежден, что любые лекарства вредны для здоровья и отчасти даже опасны. Во-первых, они наносят непоправимый ущерб печени. Во-вторых, могут привести к импотенции. В-третьих, лекарства принимают только старики и мнительные барышни.
Может, спуститься, разыскать Нинель Федоровну и попросить хоть аспирин? Импотенция Антипии вряд ли угрожает, а вот воспаление легких – возможно!
Василий Васильевич немного постоял, раздумывая.
Прямо сейчас звать Нинель он не станет – она примчится, начнет хлопотать и больше ни за что не оставит их наедине, а ему хотелось расспросить пострадавшую девицу.
Он натянул на голые ноги сухие мокасины, стянул через голову влажную футболку и нацепил вчерашнюю теплую кофту, мягкую, заношенную и от этого особенно приятную, сунул в карман узбекский лимон и вытащил из комода бутыль коньяку. Где-то у него были еще узбекские орехи – каленые, крупные, непохожие на те, что продавали в Москве, он разыскал в вещах увесистый бумажный пакет.
Я все разберу, мысленно пообещал он себе и Асмире и отправился в соседний номер.
Вода в ванной не шумела, но в комнате никого не было. Для верности Василий Васильевич заглянул за выступ стены – кровать была пуста, только сидела среди подушек коричневая обезьяна с грустной мордой.
Меркурьев включил чайник, сразу успокоительно зашумевший, закрыл дверь на балкон и задернул штору.
Чайник вскипел, Меркурьев успел выпить почти кружку, когда в ванной зашевелились и на свет божий показалась Антипия – нет, Мура, вот именно, Мура!..
Она была белая, с покрасневшими глазами и носом, с двумя глазами – третий смылся, – в халате и носках.
– Это я, – сказала она с порога и шмыгнула носом.
– Садись, – велел Меркурьев. – Я тебе чаю дам. Аспирин есть?
Она уселась на краешек кресла, ссутулила плечи и сунула ладони между колен.
Василий Васильевич проделал все необходимые манипуляции – при этом он хмурился и громко сопел, чтоб она видела, слышала и понимала, как он ею недоволен, – и поставил перед ней чашку. В янтарном огненном чае колыхался круг узбекского лимона.
Он уселся напротив, подождал, пока она отхлебнет, и спросил грозно:
– Ну? Я жду объяснений.
– Ну, я пошла на маяк, – заговорила Мура. – Лезла туда, лезла! Мне лестницы противопоказаны, я все время падаю. Папа говорит, что-то с глазомером, не могу правильно расстояние оценить. Папа говорит, что есть такая особенность мозга, и людям вроде меня нельзя машину водить, они все время будут попадать в аварии. А все потому, что мозг неправильно достраивает! То есть глазной нерв передает в мозг информацию, которую тот должен обработать, а обрабатывается она с погрешностью. Вот я, например, три-дэ-фильмы тоже не могу смотреть. Все кричат: смотри, смотри, муха летит, сейчас на нос мне сядет! А я не различаю никакого объема, я вижу плохую картинку, плоскую и размытую. Папа говорит…
Мурин папа Меркурьеву надоел.
– Ты пошла на маяк одна или с папой?
Она моментально заткнулась и уставилась на него. А потом сказала хмуро:
– Одна. Без папы.
– И что там произошло?
– Я забралась на площадку. Стала смотреть вниз, голова у меня закружилась. Я высоту не переношу, отошла от края, мне правда страшно было! Что-то там валялось, то ли бревно, то ли камень, я не рассмотрела, повернулась, споткнулась и упала.
– И что дальше?
– Дальше… ничего. Дальше помню, что ты меня трясешь и орешь.
Меркурьев помолчал, вспоминая.
– На площадке не было ни бревна, ни камня. Я точно тебе говорю! Там даже птичьего помета почему-то нет! Ты что, упала на ровном месте?
– Да не на ровном! Я споткнулась!..
– Обо что?
– Я не помню! Что-то на полу валялось!
– Обо что ты ударилась?
Мура попила из кружки, сосредоточенно скосив глаза, потом сказала: