Сказки Космоса (СИ)
- Автор: Дюна Антон
- Язык: русский
- Жанр: Космическая фантастика
Электронная книга - «Сказки Космоса (СИ)». Краткое содержание книги:
Глава 21. Мастер людей
Кирина вышла в гостиную, стыдливо прикрывая руками излишне глубокое декольте. Позади нее семенила Сири, придирчиво оглядывая свою работу.
Капитан поджидал спутницу в гостиной. Касианец сидел, с сумрачным видом болтая в стакане ром. В последние недели Кирина частенько наблюдала его за этим занятием, хотя прежде Церсей не проявлял тяги к горячительным напиткам. Землянка решила, что виной всему стресс. Разговор с Президентом и злополучная серия Космического реалити произвели в жизни Капитана эффект разорвавшейся бомбы. На него обрушились все разом: Сенат, Мастера, Президент, Инга Реон. До поздней ночи из его спальни раздавались звонки и клацанье клавиатуры, и даже когда все стихало, касианец не спал. Кирина слышала, как он меряет шагами сперва свою комнату, а потом и гостиную. Иногда он подходил вплотную к ее двери, но так ни разу и не постучал. Должно быть, Церсей счел, что Кирина не сможет облегчить его тяготы советом или хотя бы пониманием.
Возможно, Капитан был прав, но сама Кирина считала иначе. Липкий кокон тревог, в котором пребывал касианец, очень напоминал ей паутину, в которой до недавних пор по вине Пенза барахталась она сама. Кирина хорошо знала, каково это — чувствовать себя беспомощной щепкой, подхваченной водоворотом чужой воли. Иногда ей хотелось выйти к Церсею во время его ночных бдений, но осторожность и деликатность всякий раз брали вверх, и она со вздохом зарывалась глубже в одеяло.
Кирина думала, что теперь, когда все проблемы с Сенатом и Ингой разрешены, в день, когда Посольство праздновало его триумф, на лице Капитана, наконец, появится привычная, чуть усталая улыбка. Однако касианец сделался еще мрачней. Встретив Кирину тусклым взором, он дождался, пока Сири оставит их вдвоем, и неожиданно произнес:
— Посиди со мной немного. Порой мне кажется, что только ты можешь меня понять, и это помогает мне верить, что все идет своим чередом.
Кирина недоуменно вскинула брови и покосилась на стакан в руке пришельца, однако послушно опустилась в кресло. Ей отчего-то вспомнилась Ночь Тысячи Очей, когда своим дружеским присутствием Капитан разогнал душившие ее страхи. Видимо, теперь настал черед возвратить ему долг.
— Не волнуйся, — просто сказала она. — Все ведь уже позади, так? Инга строит свой звездолет, а Бетельгейзе готовится встречать первых людей. Сегодня об этом осталось лишь объявить официально.
Касианец вскинул вытянутое змеиное лицо.
— Будь все позади, тебя здесь уже бы не было, — слова Капитана прозвучали чересчур резко.
— В съемках не осталось никакого смысла, — примирительно сказала землянка, — но Утавегу боится, что на волне ликования о нем слишком скоро все позабудут. Он хочет, чтобы запуск первого межгалактического звездолета землян, который строит Инга Реон, попал в Космическое реалити. Тогда его шоу превратится в историческую хронику, и его будут пересматривать еще много лет.
Церсей безошибочно раскусил, что эта мысль не принадлежит Кирине.
— Кто сказал тебе это?
— Я слышала, как об этом говорили девочки Гамаюна, — смущенно призналась она.
Капитан сделал долгий глоток и поморщился от вкуса теплого рома.
— Мастер Гамаюн никогда не оставит свои игры, ведь так? — Кирина растерянно моргнула, не поспев за переходом мысли Капитана. — Он всегда и во всем привык добиваться своего, не считаясь с общими целями. Сперва Император Наафет и контрабанда с Маёлом, теперь — Инга Реон и преждевременное вступление Земли в Союз. Где бы он не появился, многолетние планы и стратегии Сената катятся к чертям.
— Не понимаю, о чем ты.
Капитан посмотрел на девушку больными глазами.
— Гилтаса Горегляда и Баязета Кровавого чтут как героев, несмотря на то, что те пролили реки крови, — неожиданно заявил он, — ведь они сделали это во имя всеобщего блага. Они обрели подлинный рорарум в памяти потомков, победили саму смерть. Но что сказали бы о них их жертвы, не умолкни их голоса навсегда? Они бы сумели понять, что это было необходимо?
Теперь Кирина совершенно утратила нить разговора.
— Но Мастер Гамаюн не проливал никаких таких рек…
Капитан удрученно отмахнулся и потер чешуйчатое темя меж рогов. Отставив стакан, он поднялся на ноги и протянул ей руку.
— Пожалуй, нам пора спускаться вниз.
Церсей подставил Кирине локоть, и они покинули апартаменты. По мере приближения к атриуму бравурная музыка все громче разносилась по коридорам Посольства.
Большая часть миссии уже собралась в нарядно убранном зале. Тяжелые флаги метрополий перемежались на стенах: красное солнце Касиоса на золотом поле, оранжевый яло-мийский стяг с тридцатью жемчужинами по числу плавучих городов-сфер, пёстрое синее знамя Аёрны, сотканное из восемнадцати отдельных гербов, белый маёльский штандарт и полосатое зелено-голубое полотно Земли. На гигантском алом флаге Союза, застилавшем дальнюю стену от потолка до пола, к четырехконечной золотой звезде добавился пятый луч. Ндея и Мина о чем-то ожесточенно спорили под ним, вырывая друг у друга из рук голограф, и когда старшая сестра, наконец, завладела прибором, из центра звезды вдруг вынырнул космический корабль. Кирина ахнула, когда синее пламя из турбин звездолета охватило флаг, но быстро себя одернула: огонь, как и сам гладкобокий корабль, был всего-навсего голограммой.
Землянка проводила глазами мираж. Длинные щупальца пламени и выпуклые иллюминаторы, покрывавшие вытянутые бока корабля, делали его похожим на исполинского многоглазого кальмара. Сквозь прозрачную крышу виднелись роскошные прогулочные палубы. Мина вырвала голограф из рук сестры, и звездолет распахнул широкие радужные крылья, вскинул переливчатые гребни — солнечные батареи приготовились пить свет.
— Нас уже ждут, — глухо пророкотал Церсей.
Кирина оторвалась от сказочного корабля, испытав смутное огорчение при мысли о том, что никогда не ступит на его борт. Проследив взгляд Капитана, она заметила, что остальные участники шоу уже обступили плотным кольцом Гамаюна и теперь поджидали их.
На полпути их перехватил Утавегу. Важно сложив перепонки на круглом животе, он кивнул Церсею на звездолет, фланировавший вдоль стен, и сдержанно поинтересовался:
— Как вам, Капитан? — зоб на шее Утавегу раздулся сверх всякой меры, заставив пришельца горделиво вздернуть подбородок.
«Или Утавегу так устал задирать нос, что раздул его специально», — подумалось Кирине.
— Впечатляет, — нехотя буркнул Капитан.
Толстый яло-миец повис на плече касианца, отбросив всю свою ложную скромность.
— Это наш с вами триумф, Капитан, — заклокотал он, вращая мутными глазами, — наш с вами, — выразительно повторил он, ткнув перепонкой в пятиконечную звезду Союза. — Мои блестящие идеи и ваше мудрое руководство совершили то, чего не смогла ни одна миссия до нас!
Капитан недовольно высвободил руку.
— Простите, Мастер Утавегу, но нас ждет Мастер Гамаюн. Должно быть, у него есть какое-то напутствие для нас.
Яло-миец бросил презрительный взгляд на пришельца в иссиня-черном плаще, терпеливо поджидавшего Церсея и Кирину под знаменем Аёрны.
— Ах, Гамаюн. Ну конечно. Без его советов никто здесь не разберется, какой рукой отправлять устриц в рот, — Утавегу снисходительно хмыкнул и заговорщицки мигнул Церсею. — Но нас с вами ждут более серьезные вопросы. Возвращайтесь ко мне, Капитан, как только покончите с Гамаюном.
Касианец бросил на гидру сумрачный взор, но тот уже заприметил Лагерта и устремился к нему, не смотря на попытки Мастера мантикор вновь затеряться в толпе.